Нравственные уроки, предложенные в романе «Герой нашего времени»
Лето уже подходило к концу, и первая мысль о новом учебном году чаще всего была связана со списком литературы. И вот передо мной лежал томик Лермонтова — «Герой нашего времени». От него веяло чем-то холодным и далеким, как горные вершины на обложке. Я начал читать, ожидая встретить, как и положено в классике, образец для подражания. Но чем дальше я погружался в историю Печорина, тем больше меня охватывало странное чувство: это не герой в привычном смысле. Он не совершал великих подвигов, не спасал отечество. Вместо этого он приносил боль всем, кто был рядом, разрушал судьбы и скучал. И только закрыв последнюю страницу, я начал понимать, что главный урок этой книги — не в том, на кого надо быть похожим, а в том, кем ни в коем случае нельзя становиться. Роман — это суровое предупреждение, зеркало, в котором, если приглядеться, можно увидеть отражения и нашего времени. Печорин — человек невероятно умный, наблюдательный, наделенный силой воли и смелостью. Он мог бы сделать столько добра! Но вся его энергия, все его способности уходят в пустоту, на мелкие и жестокие игры с чувствами других людей. Почему? Потому что в его душе поселилась страшная болезнь — равнодушие. Он разучился чувствовать по-настоящему. Его любопытство к жизни превратилось в холодный интерес экспериментатора, который ради забавы может разбить чье-то сердце, как ребенок ломает игрушку. История с Бэлой — первый и самый пронзительный урок о цене такого равнодушия. Печорин добивается ее любви из спортивного интереса, из желания победить. Но когда он побеждает, ему мгновенно становится скучно. Бэла для него — «дикарка», экзотический цветок, сорванный и быстро завядший в его руках. Ее трагическая гибель оставляет его почти безучастным. Он плачет, но эти слевы, как он сам признается, от бессилия, а не от горя. Урок здесь ясен: человек — не вещь, не цель для твоего тщеславия. Использовать живую душу для удовлетворения минутной прихоти — преступление, которое оставляет после себя лишь пепел и пустоту. Эта пустота становится еще очевиднее в истории с княжной Мери. Здесь Печорин выступает как настоящий стратег, планирующий каждое слово, каждый взгляд. Он безжалостно использует Грушницкого, влюбляет в себя Мери, отталкивает Веру, сея вокруг себя хаос. Зачем? Ответ ужасает своей простотой: «А что ж такое счастье? Насыщенная гордость». Ему нужно было убедиться в своей власти, потешить свое самолюбие. Он как будто проверяет мир на прочность, и мир эту проверку с треском проваливает, оставляя после себя разбитую, униженную девушку, убитого на дуэли человека и собственную, еще более глубокую, тоску. Печорин сам анализирует свои поступки с пугающей честностью и называет себя «топором в руках судьбы», палачом. Он все понимает, но изменить ничего не может. В этом второй важнейший урок: одного ума и самопознания недостаточно. Если за твоей brilliantной головой не стоит доброе сердце, если нет цели выше, чем развлечение собственной скуки, ты обречен быть разрушителем. Самопознание без нравственного стержня превращается в бесконечное самокопание, которое лишь усугубляет болезнь. Но, пожалуй, самый главный нравственный урок романа скрыт не в отдельных поступках, а в общей картине печоринской жизни. Это урок о смысле и даре свободы. Печорин — человек абсолютно свободный. Он не зависит от общественного мнения, от карьеры, от условностей. Казалось бы, вот он, идеал! Но Лермонтов показывает страшную изнанку такой свободы. Свобода без цели, без любви, без веры становится проклятием. Она похожа на полет птицы в безвоздушном пространстве — машешь крыльями, но не можешь двигаться вперед и медленно задыхаешься. Печорин постоянно ищет острых ощущений — опасность на дуэли, погоня за Вуличем, приключения в Тамани. Но каждый раз за всплеском адреналина следует лишь горькое разочарование. Он подобен человеку, который, томимый жаждой, пьет соленую морскую воду — чем больше пьешь, тем сильнее хочешь пить. В этом трагедия «героя нашего времени» и предостережение нам: свобода — это не самоцель. Это огромная ответственность. Это инструмент, который можно употребить на созидание или на разрушение, в том числе и саморазрушение. Бесцельно прожитая жизнь, даже полная внешних событий, — это духовная смерть при жизни. Когда я думаю о Печорине, мне иногда кажется, что я смотрю на человека через перевернутый бинокль: он видится таким маленьким и далеким, хотя должен был бы быть большим и близким. И в этой отстраненности — сила лермонтовского урока. Мы не должны жалеть Печорина, как жалеть можно несчастного или обиженного судьбой. Его судьба — закономерный итог его выбора. Мы должны его понять и — оттолкнуться. Понять, к чему ведет эгоизм, возведенный в жизненный принцип. Понять, что скука и разочарование часто происходят не от скудости мира, а от скудости собственной души, не желающей отдавать, любить, жертвовать, верить. «Герой нашего времени» — это не инструкция. Это диагноз, поставленный целому поколению, да и не только одному. И нравственные уроки его не в простых формулах «будь добрым» или «не обижай девушек». Они глубже. Они заставляют задуматься о том, что мы делаем с даром нашей жизни. Зачем мы используем свои силы и таланты? Не превращаем ли мы свои сердца в ледяные крепости, защищаясь от мнимых опасностей и теряя способность к простому человеческому теплу? Печорин — это вечное напоминание о том, что самый страшный враг человека может жить в нем самом. Это его холодный, анализирующий, все отрицающий ум, убивающий в зародыше всякое искреннее чувство. Закрывая книгу, я чувствовал не грусть, а скорее трезвую ясность. История Григория Александровича Печорина — это не приключенческий роман, а предостерегающая притча. Она говорит нам, что жизнь, лишенная любви, сострадания и высокой цели, даже если она будет похожа на яркий фейерверк, в итоге оставляет после себя только темное, пустое небо и запах гари. И, пожалуй, главный вывод, который я для себя сделал, прост: важно не только задавать миру дерзкие вопросы, как это делал Печорин. Гораздо важнее найти в своем сердце честные и теплые ответы. И начать стоит, наверное, с самого простого: видеть в другом человеке не персонаж для своей игры, не средство от скуки, а живую, хрупкую и бесценную душу, такую же, как твоя собственная.