Печорин — один из представителей передовой интеллигенции 30-х годов
В нашем классе мы недавно закончили читать роман Михаила Юрьевича Лермонтова «Герой нашего времени». Учительница сказала, что Григорий Печорин — это один из представителей передовой интеллигенции 30-х годов XIX века. Сначала мне было сложно это понять. Как так? Он же часто поступает плохо, причиняет боль другим, скучает и будто бы не верит ни во что хорошее. Но потом я стал вдумываться, и картина начала проясняться. Чтобы понять Печорина, нужно представить то время, в котором он жил. После восстания декабристов в 1825 году в России наступила тяжёлая эпоха. Многие лучшие умы были сосланы или казнены. В воздухе висело ощущение безысходности и гнёта. Молодые, образованные дворяне, к которым принадлежал и Печорин, чувствовали себя лишними. Они получили прекрасное воспитание, знали языки, читали европейских философов, мечтали о великих свершениях. Но реальность предлагала им лишь службу в захолустных гарнизонах, пустые светские развлечения или скучную чиновничью работу. Их энергия, ум и жажда деятельности не находили выхода. Печорин — дитя именно этого времени. Его душа жаждет бури, а жизнь предлагает лишь тихий застой. В этом его трагедия и причина всех его поступков. Печорин необычайно умен и проницателен. Это первое, что бросается в глаза. Он как живой психолог: видит людей насквозь, понимает их слабости и мотивы. Вспомним, как он с холодной точностью разыгрывает целый роман с княжной Мэри, просто чтобы позлить Грушницкого и развлечь себя. Он знает, что делает, и даже описывает это в своём журнале. Но в этом и его беда. Его ум не служит великой цели, а работает вхолостую, превращая жизнь в серию экспериментов над собой и окружающими. Он анализирует каждое своё чувство, каждое движение души, и это убивает в нём простую, искреннюю жизнь. Он сам говорит, что в нём живут два человека: один действует, а другой судит его поступки. Такой беспощадный самоанализ — черта очень развитого, «передового» сознания, которое опередило свою эпоху и не знает, куда себя приложить. А ещё Печорин обладает огромной силой воли. Он смел, решителен, способен на мгновенные действия. Достаточно вспомнить дуэль с Грушницким, где он, рискуя жизнью, хладнокровно стоит под выстрелом, или погоню за Вуличем в главе «Фаталист». Но эта сила воли тоже растрачивается по пустякам. Он мог бы стать полководцем, первооткрывателем, реформатором. Вместо этого он тратит её на завоевание сердца девушки, которая ему не нужна, или на опасную авантюру с контрабандистами. Он как мощный двигатель, установленный на маленькую лодку, — он рвёт её на части, но никуда не может привести. Его активность разрушительна, потому что у неё нет созидательной цели, одобренной обществом и временем. Теперь о самом сложном — о его отношениях с людьми. Печорин приносит несчастье всем, кто к нему приближается: Бэла погибает, княжна Мэри разочарована и больна, Вера страдает, Грушницкий убит, Максим Максимыч глубоко обижен холодностью. Кажется, что он просто злой и эгоистичный человек. Но Лермонтов показывает нам, что это не так. Печорин и сам страдает от этого. Он способен на глубокие чувства: его отчаяние, когда он скачет за уехавшей Верой, заставляет сердце сжиматься. Он плачет, когда понимает, что потерял её навсегда. Он уважает Максима Максимыча и потом корит себя за холодный приём. Проблема в том, что его чувства раздвоены. Он хочет любить, но его аналитический ум тут же спрашивает: «А зачем? Что это даст? Не приведёт ли это к скуке и разочарованию?» Он ищет в других искренности и простоты, которых лишён сам, но, сталкиваясь с ними, не знает, что с ними делать, и ломает. Он — жертва собственного превосходства над обычными людьми, которое оборачивается страшным одиночеством. Почему же его называют «передовым»? Потому что в нём сконцентрировались все вопросы и боли его поколения. Он не принимает мир таким, какой он есть. Он постоянно бунтует, ищет, сомневается. Он не верит в старые устои, в карьеру, в светские условности. Он пытается докопаться до смысла жизни, до своей судьбы, как в главе «Фаталист». Это черты мыслящего человека, который не может просто плыть по течению. Декабристы действовали, пытались изменить систему. Печорин, человек следующего поколения, уже разочарован в возможности такого действия в тех условиях. Его «передовость» ушла внутрь, превратилась в внутренний протест, в болезненное самокопание и в эксперименты над жизнью. Он не знает, куда идти, но он точно знает, что стоять на месте, как все, — невозможно. Максим Максимыч, простой и добрый штабс-капитан, представляет собой полную противоположность Печорину. Он живёт по совести, по долгу, любит людей просто, без анализа. И он не понимает Печорина, называет его «странным». Эта сцена их встречи спустя годы — одна из самых сильных в романе. Максим Максимыч готов обнять его как старого друга, а Печорин лишь холодно подаёт руку. Здесь сталкиваются два мира: мир сердечной простоты и мир рефлексирующего, измученного интеллекта. Лермонтов не говорит, кто прав. Он показывает, что пропасть между ними огромна, и виной тому — время, которое породило таких «странных» героев, как Печорин. В конце концов, судьба Печорина печальна. Он умирает молодым по дороге из Персии. Его жизнь не принесла плодов, не оставила следа, кроме страданий вокруг и записей в журнале. Но этот журнал и есть главный итог. Это крик души целого поколения. Лермонтов, создавая образ Печорина, хотел показать обществу его болезнь. Он как врач, который ставит диагноз. «Герой нашего времени» — это портрет, составленный из пороков всего нашего поколения», — пишет автор в предисловии. Он не восхищается Печориным, но и не осуждает его окончательно. Он предлагает понять его. Так был ли Печорин передовым человеком? Да, безусловно. Он был одним из самых умных и сильных людей своего времени. Но его трагедия в том, что время не дало ему возможности применить свои силы для чего-то великого и доброго. Его энергия, не найдя выхода, обернулась против него самого и против тех, кто был рядом. Он — яркая, но обречённая звезда на тёмном небе эпохи безвременья. Он задавал вопросы, на которые не мог найти ответов. Он искал настоящей жизни, настоящей любви, настоящего дела, но вокруг была лишь пустота и скука. Читая о Печорине, я иногда ловлю себя на мысли, что и в наше время есть что-то похожее. Сейчас нет того политического гнёта, но многие молодые люди тоже чувствуют себя потерянными, не знают, куда направить свои силы, разочаровываются и закрываются в себе. Роман Лермонтова, написанный почти два века назад, оказывается удивительно современным. Он заставляет задуматься не только о прошлом, но и о себе: а есть ли у моей жизни цель? Не растрачиваю ли я свои силы по пустякам? Как не стать печальным странником, который, ища бури, губит покой других? Печорин навсегда останется в русской литературе как вечный вопрос, а не как готовый ответ. Он — напоминание о том, что самый большой талант и самые яркие способности могут пропасть даром, если у человека нет высокой цели, ради которой стоит жить и действовать. И в этом его главный, суровый урок для всех нас.