Сочинение Прогулка по лесу
Конец сентября. Лето, цепляясь за последние теплые дни, уже сдает позиции. Его место потихоньку занимает золотая, чуть печальная осень. Бабушка, взглянув утром в окно на бездонное синее небо, сказала: «Иди, внучек, в лес. Надышись последним теплом. Такое небо бывает только перед долгими дождями». Я не стал спорить. Надел куртку, взял с собой старую корзинку – мало ли что найду, и вышел за калитку. Дорога к лесу идет мимо нашего старого поля. Оно уже пустое, убрано. Только стерня торчит из земли, как щетина, да кое-где валяются забытые колоски. Солнце светит уже не по-летнему, не жжет, а ласково греет спину. Воздух прозрачный и звонкий, как тонкое стекло. В нем особенно громко звучат крики улетающих вдаль журавлей. Они выстроились клином в синеве, и их прощальное курлыканье кажется голосом самого уходящего времени. Вот и опушка. Лес встречает меня не шумом, а тишиной. Но это особая тишина, наполненная сотнями маленьких звуков. Где-то далеко-далеко стучит дятел, словно лесные часы. Шелестит под ногой ковер из опавших листьев – уже не зеленый, а рыжевато-бурый. С березы срывается желтый листок и, кружась в медленном вальсе, опускается на землю. Он не падает, а именно опускается, нехотя, будто прощается с веткой, на которой провел всю весну и лето. Я углубляюсь в чащу. Здесь свет другой. Солнечные лучи пробиваются сквозь еще густую листву, но они становятся густыми, как мед. Они ложатся на мох и траву не просто светлыми пятнами, а целыми золотыми лужами. В одной такой луже греется последний осенний шмель. Он лениво перебирает лапками, его густое мохнатое тельце кажется бархатным в этом солнечном свете. Я стараюсь его не потревожить. Лес сейчас – это огромная художественная мастерская. И главный художник здесь – осень. Она не скупится на краски. Ярко-алые гроздья рябины горят, как фонарики, привлекая свиристелей, которые прилетят попозже. Клены уже надели свои самые нарядные одежды – лимонные, оранжевые, багряные. Березы светятся нежным золотом. А могучие дубы крепко держатся за свои темно-зеленые, почти коричневые листья, будто не хотят признавать, что лето кончилось. От такого буйства цвета кружится голова. Кажется, будто идешь по огромной, только что сотканной сказочным великаном ковровой дорожке. Под ногами скрипит короткий и звонкий осенний мох. Я наклоняюсь и вижу целый мир в одном квадратном дециметре земли. Здесь, среди бурых иголок и дубовых листьев, кипит своя жизнь. Торопливо снует черный жучок-солдатик с ярко-красными пятнышками. Медленно, словно нехотя, ползет улитка, оставляя за собой серебристый след. А под приподнятым слоем мха прячутся от света маленькие белые грибочки-поганки. Все это – огромный город, в котором у каждого есть свои дела, свои тропинки и свои заботы. И я здесь – просто тихий и очень большой гость. Я нахожу полянку, о которой знаю с детства. Летом она вся усыпана земляникой, а сейчас это просто круг, окаймленный высокими соснами. В центре – большой, поросший серо-зеленым лишайником валун. Я сажусь на него. Камень еще хранит дневное тепло. Отсюда, с этой лесной сцены, открывается удивительная картина. Сквозь стволы сосен, прямых, как мачты, виднеется кусочек неба. И по этому небу, как по синему экрану, медленно проплывают осенние облака – не пушистые и кудрявые, как летом, а длинные, размытые, похожие на дым от далекого костра. Я закрываю глаза. И тогда лес приходит ко мне не красками, а запахами. Это сложный, глубокий, ни на что не похожий аромат. Это запах влажной земли после утренней росы. Горьковатый дух прелой листвы. Сладковатое дыхание последних увядающих трав. И чистый, холодный, как родниковая вода, запах сосновой смолы. Я дышу полной грудью, и кажется, что этим воздухом можно наесться, как самым вкусным обедом. Он прогоняет из головы все школьные задачи и глупые тревоги, оставляя только покой и тихую радость. Вдруг совсем рядом, в кустах орешника, раздается шорох, треск сучка. Я замираю. Из-под ветвей выходит она – хозяйка леса. Рыжая красавица-белка. Она не видит меня или не считает опасным. Скача с ветки на ветку, она деловито осматривает свои владения. Вот она замерла столбиком, держа в передних лапках шишку. Быстро-быстро вращая ее, белка выщипывает семечки. Шуршит только шелуха, падающая вниз. Она так близко, что я вижу, как дрожат ее длинные кисточки на ушах и как блестят черные бусинки-глаза. Потом, закончив трапезу, она одним легким прыжком исчезает в золотой кроне клена, лишь качнувшаяся ветка выдает ее путь. Эта встреча кажется мне маленьким чудом, подарком от леса за мое тихое сидение. Солнце начинает клониться к вершинам деревьев. Лучи становятся длиннее, еще более золотыми и косыми. Тени от стволов вытягиваются в темные полосы. Пора двигаться обратно. Я встаю с камня и, к своему удивлению, замечаю под старой елью семейство крепких подберезовиков. Шляпки у них темно-коричневые, бархатные на ощупь, а ножки толстые и упругие. Аккуратно срезаю их перочинным ножиком и укладываю в корзинку. Это будет мой лесной трофей, самый настоящий и вкусный. Иду назад той же тропинкой, но лес уже изменился. Вечерние краски другие – более глубокие, сумрачные. Алое рябины стало почти пурпурным, золото берез – приглушенным, медным. В просветах между деревьями уже не синее, а лиловое небо. Тишина стала еще более плотной, торжественной. Теперь в ней отчетливее слышно, как где-то далеко кричит неугомонная сойка и как падает на землю шишка, отяжелевшая от вечерней сырости. Я выхожу на опушку. Оборачиваюсь на прощание. Лес стоит теперь темной, величественной стеной. Он кажется живым и дышащим существом, которое, проводив меня, готовится ко сну. В нем уже зажигаются первые, невидимые глазу огоньки ночной жизни. Над лесом вспыхивает первая, самая яркая звезда. Возвращаюсь домой по темнеющей дороге. В корзинке лежат грибы, пахнущие сырой землей и хвоей. В памяти – яркая палитра красок, встреча с белкой, тишина и покой старого камня. Я чувствую себя необыкновенно спокойным и счастливым. Кажется, что лес поделился со мной частичкой своей мудрой, неторопливой силы. Он напомнил мне, что в мире, кроме уроков и компьютеров, есть еще вещи, которые не меняются: медленный танец падающего листа, усердие жучка на лесной тропинке и вечное, спокойное дыхание земли под золотым осенним солнцем. Дома бабушка, разглядывая мои грибы, улыбнется и скажет: «Хорошо сходил». А я, ложась спать, буду еще долго вспоминать тот густой, солнечный свет, пробивавшийся сквозь листву, и чувствовать на губах вкус прохладного осеннего ветра. Эта прогулка останется во мне тихим, светлым уголком, в который можно мысленно вернуться в любой трудный или суетливый день.