Сочинение: только ли из пороков состоит Эраст?
Когда я впервые прочитал повесть Карамзина «Бедная Лиза», моё сердце сжалось от жалости к несчастной девушке. И вся моя обида, весь гнев были направлены на одного человека — на Эраста. Как он мог? Как он, богатый дворянин, мог обмануть, использовать и бросить такую чистую и любящую душу, как Лиза? Вначале мне казалось, что он — просто воплощение зла, собранный из одних лишь пороков: легкомыслия, лжи, эгоизма и предательства. Но, перечитывая повесть и размышляя над ней, я стал задаваться вопросом: а так ли всё просто? Неужели Эраст с самого начала был законченным негодяем? Или в его душе была какая-то борьба, какое-то доброе начало, которое, увы, не смогло победить? Попробуем разобраться. Конечно, если перечислить его поступки, список получится ужасающий. Он, опытный светский человек, знакомится с наивной крестьянкой, влюбляет её в себя, пользуется её доверием и любовью, а затем, охладев, фактически продаёт её, женившись на богатой вдове ради денег. Финал известен всем: Лиза, не вынеся измены и горя, кончает жизнь самоубийством. Эраст же до конца своих дней винит себя и считает убийцей. С формальной точки зрения он — безусловный злодей. Его пороки очевидны: слабость характера, непостоянство, привычка покупать удовольствия, неспособность к глубокой ответственности. Он вырос в праздной дворянской среде, где всё решают деньги и связи, где чувства часто лишь игра. Эраст ищет в любви с Лизой лишь «нового ощущения», бегства от скуки. Он не думает о будущем, живёт одним днём. И в этом его главная трагедия — трагедия легкомысленного человека, не ведающего, какие разрушения могут нести его, казалось бы, невинные увлечения. Но Карамзин, мастер сентиментализма, не был бы великим писателем, если бы рисовал персонажей одной краской. Автор даёт нам подсказки, показывая, что Эраст — не монстр, а сложный, живой и, увы, очень слабый человек. В его образе есть черты, которые не позволяют назвать его абсолютным воплощением порока. Во-первых, его чувство к Лизе, пусть и недолгое, не было изначально притворным. «Я люблю тебя!» — восклицает он, и в этот момент он, вероятно, говорит правду. Он искренне восхищён её естественной красотой, чистотой, так непохожей на жеманных светских дам. Он хочет быть с ней, строит планы о тихом счастье в деревне. В его душе живёт романтическая мечта о простой, идиллической жизни. Это не расчет, это порыв уставшей от лжи души. Разве это порок? Нет, это скорее проблеск чего-то настоящего, того самого «доброго сердца», о котором говорит Карамзин. Во-LIGRAPHвторых, Эраст пытается — по-своему, часто неуклюже — заботиться о Лизе. Он даёт деньги её матери не из высокомерия, а из желания помочь, чтобы Лиза не продавала цветы. Он уговаривает Лизу не встречаться с ним так часто, боясь «возбудить в ней подозрения», то есть, в его понимании, пытается защитить её репутацию. Конечно, эти поступки продиктованы и его собственным страхом перед сплетнями, но в них есть и доля беспокойства о ней. Он не просто берёт — он и отдаёт, пусть и материальными благами, которые для него — главная мера вещей. Самое же главное доказательство того, что Эраст не целиком порочен, — это его муки совести. Настоящий, законченный негодяй не чувствовал бы угрызений. Он бы забыл Лизу, как забывают старую игрушку. Но что мы видим? Эраст, узнав о её смерти, «не мог утешиться и почитал себя убийцей». Он сам рассказывает эту историю автору, чтобы та «была всегда памятна ему». Он обрекает себя на вечные терзания. «Он до конца жизни своей был несчастлив», — пишет Карамзин. Разве это наказание не страшнее любой кары? Его душа оказалась способна на глубокое, истинное раскаяние. Это значит, что в ней жила совесть — тот самый внутренний судья, который отсутствует у безнадёжно порочных людей. Так в чём же тогда трагедия Эраста? Я думаю, она в страшном противоречии между его «добрым сердцем» и слабостью характера, испорченного средой. Он хочет любить искренне, но не умеет быть верным. Он мечтает о простой жизни, но не может жить без денег. Он жаждет высоких чувств, но пасует перед трудностями. Когда приходят реальные испытания — необходимость отвечать за свои поступки, противостоять обществу, жить в бедности, — его романтические намерения рассыпаются как песок. Он сломлен необходимостью платить карточные долги. Его «доброе» начало оказывается хрупким цветком, который не смог вырасти на каменистой почве его легкомысленной жизни. Можно провести параллель с другим известным героем — Евгением Онегиным. Он тоже умён, не глуп, способен на искренние порывы (дружба с Ленским, попытка искренне объясниться с Татьяной). Но его портит среда, скука, эгоизм, выработанные годами праздности. Он тоже в итоге приносит горе тем, кто его любит. Но мы же не считаем Онегина абсолютным злодеем. Мы видим в нём «лишнего человека», жертву обстоятельств и собственной неспособности к сильным поступкам. Эраст — это, по сути, ранний, сентиментальный вариант такого же «лишнего», слабого человека. Таким образом, отвечая на вопрос «Только ли из пороков состоит Эраст?», я могу уверенно сказать: нет, не только. В нём было доброе начало, были искренние, хоть и незрелые чувства, была совесть, которая заставила его страдать до конца дней. Его трагедия в том, что пороки — слабость воли, легкомыслие, зависимость от условностей и денег — оказались сильнее. Он не смог взрастить в себе то доброе семя, которое, безусловно, в нём было. История Эраста и Лизы учит нас страшной и важной вещи: одного лишь «доброго сердца» мало. За ним должна стоять сила характера, верность слову, готовность к самопожертвованию. Без этого даже самые светлые порывы могут обернуться чужой бедой. Эраст — не монстр, а обычный слабый человек, чья слабость привела к катастрофе. И в этом его вина, и в этом его вечное наказание. Возможно, именно такие, неоднозначные герои и заставляют нас задуматься больше всего — ведь в их ошибках мы, с содроганием, можем иногда узнать и свои собственные слабости.