Сочинение Радушие семьи Житковых
У каждого человека есть дом. Не просто квартира с мебелью, а то место, куда хочется возвращаться, где тебя ждут и понимают. Таким настоящим домом, полным света и тепла, была для меня семья Житковых, которую я увидел, прочитав рассказы Бориса Степановича Житкова. Сначала это были просто истории о храбром охотнике, о смелом моряке, о разных удивительных животных. Но потом я стал замечать, что в каждой из этих историй, как солнце в капле воды, отражается главное — радушие. Радушие не как вежливая улыбка гостю, а как особое состояние души, как готовность всей семьей открыться миру, принять его заботы и радости, помочь любому, кто в этом нуждается. Семья Житковых, если собрать все рассказы воедино, жила в большом старом доме, вероятно, где-то у моря. Отец — бывалый моряк, человек сурового вида, с руками, познавшими и канатную жесткость, и нежность управления штурвалом. Мать — хозяйка, от которой в доме пахло свежей выпечкой и чистотой. А ещё были дети: любознательный мальчишка-рассказчик и его сестра. И вокруг этого семейного ядра кипела жизнь, в которую они впускали всех. Их дом никогда не был крепостью, отгороженной от внешнего мира высоким забором. Он был похож на пристань, куда мог причалить любой, кому требовалось укрытие от житейских бурь. Первое, что бросается в глаза — это их отношение к животным. Для Житковых животное — не питомец для забавы, а полноправный член семьи, друг, чья жизнь и благополучие являются общей ответственностью. Вспомним рассказ «Про волка». Маленького волчонка, злого и испуганного, приносят в дом. Он кусается, рычит, не доверяет людям. Но семья не выставляет его за дверь. Они терпеливо, день за днем, приручают его, кормят с руки, ласково с ним разговаривают. И волк, этот символ дикой, необузданной природы, постепенно оттаивает. Он начинает играть с детьми, слушаться хозяина. В этом нет никакого чуда дрессуры. Есть лишь великое терпение и доброта, которые смогли растопить лед в сердце лесного зверя. Радушие здесь — это умение разглядеть в другом, даже самом неприветливом, испуганное существо, которое тоже хочет тепла. Или история про обезьянку, того самого знаменитого «Зою» из рассказа «Про обезьянку». Её, заморенную и несчастную, привозит матрос. И что делает семья? Они не просто берут её пожить пару дней. Они лечат её, шьют ей теплую куртку, потому что она мерзнет в нашем климате. Они учат её, заботятся о ней, как о маленьком ребенке. Обезьянка отвечает им безграничной привязанностью и озорством, становясь источником бесконечных семейных историй и смеха. Её проделки не злят их, а только веселят, потому что они понимают — это естественная жизнь, которую они спасли. Их дом становится убежищем не только для людей, но и для всех тварей божьих, попавших в беду. Но радушие семьи Житковых простиралось гораздо дальше порога их дома. Оно было активным, деятельным. Отец, капитан, всегда готов был прийти на помощь в море. В его рассказах, которые он, должно быть, повествовал долгими вечерами, постоянно звучала одна мысль: в море ты не один. Увидел дымок на горизонте — проверь, все ли в порядке на том судне. Услышал сигнал бедствия — бросай все и иди на выручку, невзирая на шторм и опасность. Это правило было не писаным законом, а законом совести, которому он учил и своих детей. Его радушие — это мужественная готовность разделить чужую беду, даже рискуя собой. Мать в этой семье — сама воплощение тихого, ненавязчивого гостеприимства. Её радушие — в аромате пирога, который всегда найдется для нежданного гостя. В чистой постели для того, кто заночевал. В её умении выслушать, не перебивая, и дать простой, мудрый совет. Её дом — это её царство, и она наполняет его таким уютом и покоем, что любой, кто входит, чувствует: здесь можно отдохнуть душой. Она не говорит громких слов о доброте, она просто её творит каждый день своими руками, своей заботой. Дети в такой атмосфере росли, как цветы на хорошей почве. Они с молоком матери впитывали простую истину: мир вокруг полон интересного, и ко всему в этом мире нужно относиться с любопытством и участием. Мальчишка-рассказчик с восторгом помогает отцу ухаживать за волком, спасает птицу с перебитым крылом, дружит с матросами в порту. Он не боится испачкать руки, не боится показаться смешным в своей заботе. Он учится смотреть на мир не как потребитель, а как помощник и защитник. Его сестра, хоть мы и мало о ней знаем, наверняка помогала матери создавать тот самый уют и с интересом наблюдала за всеми жителями их гостеприимного дома. Именно в таких семьях, как семья Житковых, и рождаются настоящие характеры. Борис Житков, став писателем, не сочинял эти истории из головы. Он писал о том, что видел и чувствовал сам, о той атмосфере, в которой вырос. Его книги полны знаний — о море, о животных, о технике. Но все эти знания согреты тем самым семейным радушием. Он не просто описывает, как работает паровая машина, он показывает, как человек с умными и добрыми руками может управлять этой мощной силой. Он не просто рассказывает о повадках зверей, а учит понимать их, входить в их положение. Когда я закрываю книгу Житкова, у меня остается ощущение тепла, как от доброго костра. Мне становится немного грустно, что я не могу физически войти в тот дом, посидеть за их большим столом, попробовать мамин пирог и послушать истории капитана. Но потом я понимаю, что эта семья своим радушием открыла для меня что-то очень важное. Они показали, что настоящее богатство — не в деньгах и вещах, а в широте души. В том, чтобы твой дом был открыт для друзей, для странников, для всех, кому нужна помощь. В том, чтобы видеть в собаке или кошке — друга, в чужой беде — свою, в незнакомом человеке — возможного товарища. В нашем мире, который часто бывает холодным и суетливым, пример семьи Житковых — как путеводная звезда. Он напоминает, что самые простые вещи — накормить, обогреть, выслушать, защитить — и есть самые главные. Что радушие — это не слабость, а огромная сила. Сила, которая может приручить волка, спасти корабль в шторм и сделать обычный дом — островком счастья и безопасности в огромном океане жизни. Хочется верить, что в каждом времени, в каждом городе или деревне, есть такие же семьи, чьи окна светятся не просто электрическим, а каким-то особенным, душевным светом, приглашая весь мир к своему большому, щедрому столу.