Сочинение Жаргоны. Надо бороться за чистоту языка

Мы привыкли слышать вокруг себя странные, корявые слова. «Краш», «хайп», «рофл», «агриться»… Они звучат из каждого утюга. Кто-то скажет: «Это просто молодежный сленг, ничего страшного». Но я все чаще ловлю себя на мысли, что мы сами не замечаем, как наш родной, великий и могучий русский язык превращается в какое-то засоренное болото. И это пугает.
Я часто захожу в соцсети, общаюсь в чатах с одноклассниками. И там, конечно, свои законы. Писать «привет, как дела?» — это скучно и «по-стариковски». Надо написать «хей, бро, че как?» Или «зайка, норм?». Сначала это кажется забавным. Ты чувствуешь себя частью какой-то особой тусовки, посвященным в тайный язык. Мы, подростки, вообще любим все тайное, свой «птичий язык», чтобы взрослые не понимали.
Но вот однажды я задумался. Мы так привыкли к этим жаргонизмам, что иногда забываем нормальные слова. Например, слово «восхитительно». Мы говорим «имба», «топчик» или «бомба». «Грустно» — это «кринж» или «печалька». «Бесполезно» — «беспонт». И это начинает проникать не только в переписку, но и в устную речь, в сочинения, в обычные разговоры с учителями. Я сам ловил себя на том, что, пытаясь объяснить что-то на уроке, вдруг гибнул в поисках простого русского слова, а на языке вертелось лишь искореженное сленговое словечко.
Мне стало стыдно. Ведь язык — это не просто набор звуков и букв. Это душа народа. Это то, что оставили нам Пушкин, Толстой, Чехов. Представьте себе, что Евгений Онегин говорит: «Татьяна просто имба, я такой в рофле, что она не пишет мне». Смешно? Да, нелепо. Но мы постепенно привыкаем к этой нелепости. Мы перестаем чувствовать красоту слова.
Многие мои друзья говорят, что жаргон — это просто «выражение эмоций», что он короткий и емкий. Но разве наши слова «диво», «изумительно», «прелестно» менее выразительны? Просто мы ленимся. Лень подумать, подобрать точное слово. Легче крикнуть «Вайб!» или «Угар!» и пойти дальше. А ведь эта лень — опасная штука. Она делает наши мысли плоскими, бедными. Мыслим мы теми словами, которые используем. Если наш словарь состоит из сотни жаргонизмов, то и мысли наши будут такими же — тасованными, поверхностными, неглубокими.
Я не хочу сказать, что нужно запретить все сленговые словечки и ходить с каменным лицом, говоря только о высоком. Язык живой, он развивается. Какие-то слова уходят, приходят новые. Но есть большая разница между живым, образным народным говором (как у Шолохова или Бажова) и вульгарным, уродливым жаргоном, который часто используют, чтобы казаться «крутым». Это не культура, а антикультура.
Бороться за чистоту языка — значит бороться за самих себя. Я начал с себя. Я стараюсь, прежде чем что-то сказать или написать, подумать: «А как это будет звучать по-русски? Красиво ли это? Поймут ли меня так, как я хочу?». И знаете, это трудно. По привычке срывается с языка какая-нибудь «крнжня», «ламповость» или «флексить». Но я напоминаю себе о тех книгах, которые я люблю. О той музыке, которую слушаю.
Мне очень нравится слово «зодчий». Оно звучит гордо, мощно. А как звучат наши классические фамилии — Достоевский, Рублев, Чайковский? За ними — целая вселенная. Хочется говорить на языке, достойном этих имен. Не нужно уродовать его, как дешевую подделку. Русский язык сам по себе очень гибок, он может передать любые эмоции без помощи иностранных заимствований и жаргонных штампов. Нужно только немного усилий и желания.
Конечно, я один не могу изменить мир. Но если каждый из нас, в своем классе, в своей компании, начнет относиться к своей речи бережнее, это уже будет большая победа. Я считаю, что бороться за чистоту языка — это, прежде всего, уважать себя и своих собеседников. Ведь речь — это наш портрет. Плохая, грязная речь рисует нас мелкими, невежественными людьми. А чистая, красивая — делает нас интересными, умными и настоящими. Давайте не будем забывать, на каком языке мы думаем и говорим. Ведь это единственное, что останется после нас.