Сочинение Про яблоню
В моём саду, у самого забора, растёт старая яблоня. Она такая древняя, что я даже не знаю, кто её посадил. Наверное, ещё мой прадедушка, а может, и кто-то до него. Кора у неё тёмная, шершавая, вся в глубоких трещинах, похожих на морщины на лице у очень старого человека. Ствол такой толстый, что мне его не обхватить, даже если я раскину руки в стороны. И он немного наклонился влево, будто яблоня всю жизнь кланялась солнцу или пыталась заглянуть к соседям через забор. Ветки у неё узловатые, переплетённые, похожие на гигантские крючковатые пальцы. Весной, когда деревья только просыпаются, яблоня стоит голая и хмурая. Но проходит неделя-другая, и на её корявых ветках появляются крошечные, сморщенные, зелёные почки. Они набухают, лопаются, и вдруг, словно по волшебству, всё дерево покрывается нежно-розовым и белым облаком. Это цветы! Они пахнут так сладко и тонко, что этот запах разносится по всему саду. В такие дни я люблю сидеть под яблоней, прислонившись спиной к её тёплому стволу, и смотреть, как на цветы садятся мохнатые шмели. Они гудят басом, перелетая с цветка на цветок, и вся яблоня кажется живой, дышащей, поющей. Летом наша яблоня стоит вся в листве — густой, зелёной, резной. Под ней всегда тень и прохлада, даже в самый жаркий полдень. Мы с ребятами играем здесь в прятки, а я люблю просто лежать на траве и смотреть вверх, сквозь листву, на кусочки синего неба. Иногда, если долго смотреть, кажется, что листья шевелятся сами по себе, без ветра, словно перешёптываются о чём-то. А в глубине этой зелёной чащи начинают завязываться маленькие, твёрдые, зелёные шарики — будущие яблоки. Сначала они совсем крошечные, с горошину, потом становятся размером с вишню, потом с грецкий орех. Всё лето они висят, наливаются соком, и мне кажется, что я слышу, как они растут. Наверное, это просто капает сок из лопнувшей ветки или шуршит жук, но мне нравится думать, что это яблоня дышит, кормит своих детей. Самое главное время — это осень. Яблоки на нашей яблоне особенные. Они не магазинные, большие и глянцевые, а маленькие, полосатые, с одного бока жёлтые, с другого красные. Называются они «штрифель». Или просто «штрифели». Мякоть у них рассыпчатая, сладкая, с лёгкой кислинкой. Вкус у них такой, какой бывает только у детства. В конце августа яблоки начинают падать. Сначала одно, потом два, а потом начинается настоящий яблочный дождь. Утром выходишь в сад — и вся трава под яблоней усыпана яблоками, трава мокрая от росы, яблоки пахнут мёдом. Это, наверное, самый лучший запах на свете. Мы собираем их в большие корзины и вёдра. Самые красивые и целые мы уносим в дом, мама варит из них варенье и печёт пироги. А те, что побились или червивые, достаются мне и собакам. Я люблю сидеть под яблоней, жевать сочное яблоко и слушать, как шуршит листва. Но вот и листва облетает. Ветер срывает с яблони последние жёлтые листья, и она снова стоит голая, как и весной. Только теперь она не хмурая, а задумчивая. Ветки её, тяжёлые от мокрого снега зимой, иногда скрипят, и мне кажется, что она жалуется на холод. Но я знаю, что она не мёрзнет. Она просто спит. Ей снится сон, как она проснётся весной, как снова зацветёт, как нальются соком яблоки. Иногда в сильный мороз я выхожу в сад, обхожу её вокруг, глажу шершавый ствол. Снег хрустит под ногами, мороз щиплет щёки, а я стою рядом с яблоней и молчу. Мне кажется, я чувствую, как глубоко в земле её корни тянутся к теплу, ждут. И я тоже жду. Жду, когда она проснётся и снова подарит нам свою радость. Я часто думаю: сколько же она всего видела? Сколько вёсен и зим прошло перед её сучковатыми ветками? Наверное, под ней играли ещё мои бабушка и дедушка, когда были маленькими. Может, они тоже, как я, сидели в её тени и читали книжки. Может, под ней целовались мои родители, когда были молодыми. Яблоня — это как живая история нашей семьи. Она связывает меня с теми, кто жил до меня, и будет связывать с теми, кто придёт после. Я сорву яблоко, откушу кусочек, и мне кажется, что я пробую время — сладкое, немного терпкое, но такое родное. Наверное, для кого-то яблоня — это просто дерево. Плодовое, не очень красивое, корявое. Но для меня она — друг. Она всегда рядом. Она молчаливая, но я её понимаю. Я знаю, что когда мне грустно, я могу прийти к ней, сесть под её кроной, и станет немного легче. Она никуда не уйдёт, не предаст. Она будет ждать меня и весной, и летом, и осенью, и зимой. И каждый год она будет дарить мне свои яблоки — маленькие полосатые чудеса, пахнущие солнцем, ветром и детством. Такая уж она у нас, наша старая, добрая яблоня.