Эссе на тему «Особенности правления Александра III»

Когда говорят об Александре III, в памяти всплывает нечто суровое, могучее и основательное, как гранитная глыба. Его правление — это пауза, глубокий вдох после оглушительного грохота реформ отца. Или, если хотите, это время, когда огромная империя, уставшая от перемен, решила перевести дух, собраться и, может быть, даже стать немного угрюмой, но зато твердой и предсказуемой. Так каким же он был, этот царь, которого в народе прозвали Миротворцем, а историки часто называют консерватором?
Главная особенность его эпохи — это, безусловно, откат назад, к традициям, к «самобытности» и к твердой руке. После убийства отца, Александра II, молодой император навсегда запомнил цену либерализма. Он видел, к чему может привести шатание власти, и дал себе зарок: «не пущать». Вся его внутренняя политика стала называться «контрреформами». Это не значит, что он все сломал, нет. Он просто крепко затянул гайки. Земское самоуправление, которое было гордостью предыдущего царствования, лишилось многих прав. Теперь во главе этих органов стояли не выборные люди, а чиновники из дворянства. Городские думы тоже попали под жесткий контроль. Судьям стало труднее быть независимыми. Казалось, сам воздух эпохи стал гуще, и дышать в нем нужно было осторожно, чтобы не потревожить начальство.
Образование при Александре III тоже попало под подозрение. Император считал, что учить грамоте нужно, но только в меру, чтобы у крестьян не «закружилась голова» и они не начитались вредных книжек. Знаменитый циркуляр «о кухаркиных детях» хоть и не запрещал им учиться совсем, но четко давал понять: гимназия — это место для господских детей, а не для простолюдинов. Университеты лишились своей автономии, студентов одели в форму и следили за каждым их шагом. Печать задыхалась от цензуры — закрывали газеты и журналы, которые смели ослушаться. Цель была ясна: сделать общество управляемым, спокойным и, самое главное, — верным престолу. Александр не терпел никаких «разговоров».
Но есть у этого сурового правления и другая сторона, которая вызывает уважение. Александр III был блестящим, хотя и странным экономистом. Он понимал, что без крепкой экономики великая держава долго не продержится. Император поставил на развитие собственной промышленности. Были введены высокие пошлины на иностранные товары, чтобы свои заводы и фабрики могли встать на ноги. Именно при нем начался настоящий промышленный бум. Строились железные дороги (знаменитая Транссибирская магистраль была заложена при нем), открывались шахты, заводы производили чугуна и стали больше, чем когда-либо. В стране появился свой торговый флот. Государственная казна, которую его отец оставил в плачевном состоянии с большим долгом, при сыне стала одной из самых полных в Европе. Парадокс: консерватор в политике оказался настоящим модернизатором в экономике.
И, конечно, внешняя политика. Прозвище «Миротворец» дано Александру не просто так. За 13 лет его правления Россия не участвовала ни в одной крупной войне. Это не значит, что он был мягкотелым. Напротив, он был тверд до грубости. «У России нет друзей, — говорил он, — есть только союзники, которых надо бояться». Он умел гасить конфликты силой своего авторитета. Его знаменитая фраза о том, что «у России есть только два верных союзника — ее армия и флот», стала крылатой. Он переориентировал внешнюю политику с Германии на Францию, заключив союз, который потом будет очень важен в XX веке. Европа боялась и уважала этого бородатого гиганта, который на вид казался простым мужиком, но мыслил как расчетливый стратег.
Очень важна и личная «особенность» этого императора — его образ жизни. Он не любил пышных балов, роскошных нарядов и западного этикета. Он был настоящим «русским» царем в своем быту. Одевался просто, мог сесть на пол с детьми, любил простую солдатскую кашу и крепко держал семью в кулаке. Его жена, датская принцесса Дагмара (Мария Федоровна), была ему верной опорой. Эта душевная простота и мощь нравились народу. На фоне утонченных европейских монархов он выглядел как былинный богатырь, защитник земли русской. Именно его сила и спокойствие вселяли в людей уверенность: «Царь есть, и он крепок».
Подводя итог, хочется сказать, что эпоха Александра III — это сложный и противоречивый век. Мы видим жесткий зажим свободы, ущемление прав земств и судов, наступление на образование. Но мы видим и невиданный экономический рост, наполнение казны, строительство заводов и дорог. Мы видим мудрого дипломата, который ценой жесткого курса сохранил мир. Александр III не был демократом, он был хозяином. Он чинил страну, как старую избу: одни доски приколотил покрепче, другие — заколотил наглухо. Он хотел сделать Россию сильной, но сильной по-своему, без лишнего шума и западных выдумок. И если его отец был царем-Освободителем, то Александр III стал царем-Устроителем. Только вот его «устройство» заложило те мины замедленного действия, которые взорвутся уже при его сыне, последнем русском императоре. Так что его правление — это не просто страница в учебнике, это целый роман о силе, страхе, покое и невиданном росте, который остановился вместе с его смертью.