Сочинение Описание кабинета русского языка

Наш кабинет русского языка и литературы находится на втором этаже, в самом конце коридора. И хотя табличка с номером и названием предмета висит на каждом кабинете, именно этот я узнал бы даже с закрытыми глазами. У него есть свой, особенный запах. Это ни в коем случае не затхлость старой бумаги, нет. Это аромат типографской краски от учебников, легкий запах мела и свежевымытых полов, а еще — едва уловимый, тонкий аромат сухих цветов и старых книг. Он успокаивает, как только переступаешь порог, как будто скидываешь тяжелый рюкзак с плеч и настраиваешься на что-то важное, глубокое и красивое.
Самое главное, что сразу бросается в глаза — это, конечно, стены. Вернее, не сами стены, а то, что на них. Весь кабинет — это не просто комната, это целая портретная галерея. С портретов на нас смотрят великие мастера слова. Вот Александр Сергеевич Пушкин, в вицмундире, с задумчивым, вдохновенным взглядом. Чуть дальше — Михаил Юрьевич Лермонтов, с его печальными темными глазами. В углу у окна притаился Николай Васильевич Гоголь, как будто подсматривает за нами из-за своего длинного носа. А над доской во всей своей величавой строгости висит портрет Михаила Васильевича Ломоносова. Кажется, что он строго следит, правильно ли я пишу окончания глаголов. Когда я смотрю на эти портреты, мне становится немного не по себе. Но не от страха, а от чувства причастности к чему-то великому. Эти люди писали те самые строки, которые мы учим наизусть, и сейчас они словно ждут, когда мы их поймем и полюбим так же сильно, как они.
В центре кабинета, как полагается, стоят парты. Наши парты — это не просто мебель. Они хранят тайны. Каждая царапина, каждое чернильное пятно — это чья-то история. Вот на парте Пашки Смирнова вырезано сердечко (он потом получил выговор от классной, но стер не до конца). А на моей парте есть едва заметная надпись, оставленная каким-то учеником из 90-х годов: «Век живи — век учись». Я иногда смотрю на нее и думаю, что бы это был за человек? Веселый или грустный? Какие правила он учил здесь? Парты стоят ровными рядами, как солдаты на плацу, и все они смотрят перед собой, на учительский стол.
Учительский стол в нашем кабинете — это место силы. Он огромный, тяжелый, из темного дерева, со стопками тетрадей, которые вечно грозят рухнуть. На нем всегда лежит классный журнал в коричневой обложке — хранитель наших оценок и тайн посещаемости. Рядом стоит чашка с остывшим чаем нашей учительницы, Елены Сергеевны, и обязательно лежит какой-нибудь интересный словарь или книга. Над столом висит полка, где ютятся самые нужные книги: орфографический словарь Ожегова, сборник цитат и афоризмов, томик стихов Ахматовой. Кажется, что если подойти к столу поближе, можно услышать шорох страниц и шепот слов.
Но самое интересное место — это задняя стена. Там расположена целая экспозиция, посвященная всему, что мы изучаем. Яркие плакаты с правилами: « НЕ с глаголами пишется раздельно», « -ТСЯ и -ТЬСЯ в глаголах» (это моя вечная головная боль!). Рядом висят красочные стенды, где ребята из старших классов размещают свои творческие работы: стихи собственного сочинения, иллюстрации к «Евгению Онегину», смешные заметки о правилах. Там же висит календарь знаменательных дат, испещренный датами рождения писателей. А под ними, на длинном шкафу, стоят засушенные цветы и гербарии, которые мы приносили еще в пятом классе на урок по стихотворению Тютчева «Весенняя гроза». Они пыльные, но очень дороги как память.
Отдельно хочется сказать про шкафы. Их в кабинете два. Они высокие, до самого потолка, из темного дерева, со стеклянными дверцами. За стеклом сокрыты настоящие сокровища. Это старые книги, еще с советских времен, в прочных коленкоровых переплетах. Пахнут они сдобой и временем. Я, когда выдаётся свободная минутка, люблю стоять у шкафа и читать корешки: «Война и мир», «Тихий Дон», «Петербургские повести». Однажды я нашел там книгу стихов поэтов Серебряного века, которую, судя по штемпелю, не брали в руки с 1987 года. Мне стало так интересно, кто был тем последним читателем, и что он чувствовал, перелистывая эти страницы.
В солнечные дни кабинет преображается. Свет из трех больших окон заливает все вокруг. На подоконниках стоят горшки с цветами — фикусы, герань и какая-то вьющаяся зелень. В этом свете пылинки танцуют в воздухе, словно золотые буквы. А когда идет дождь, кабинет становится уютным и немного грустным. Капли стучат по стеклу, и так хорошо сидеть, слушать, как Елена Сергеевна с чувством читает отрывок из «Мертвых душ», и представлять себе, как где-то в степи несется русская тройка.
Мне кажется, что кабинет русского языка — это не просто место, где нас учат грамотно писать и читать. Это место, где мы учимся думать. Где каждый стенд, каждый корешок книги, каждый портрет на стене напоминает нам о том, как богат и могуч наш язык. Когда я вырасту и уйду из школы, я, наверное, буду скучать по этому запаху, по этим стенам, по этой тихой, торжественной и такой родной комнате. Потому что именно здесь, среди портретов и книжных шкафов, я на самом деле начал понимать, как может быть прекрасно и точно сказанное слово.