«Евгений Онегин» А. С. Пушкина и «Герой нашего времени» М. Ю. Лермонтова. Есть ли спасение у Печорина и Онегина?

В романе Пушкина «Евгений Онегин» и в лермонтовском «Герое нашего времени» перед нами предстают два героя, которых принято называть «лишними людьми». Онегин и Печорин — это молодые дворяне, умные, образованные, но глубоко несчастные. Они пресыщены светской жизнью, разочарованы в любви и дружбе, мечутся в поисках какой-то цели, но так и не могут найти ее. И самый горький вопрос, который возникает после прочтения этих книг: есть ли у них спасение? Может ли такой человек, как Онегин или Печорин, измениться, найти свой путь и успокоить мятущуюся душу?
Давайте сначала посмотрим на Онегина. В начале романа мы видим его молодым повесой, который устал от балов, театров и красивых женщин. Он страдает от «ханеры» — русской тоски. Кажется, что он просто избалован жизнью. Он мог бы найти спасение в простых вещах: в дружбе с Ленским, в любви Татьяны. Но Онегин отвергает и то, и другое. Дружба заканчивается дуэлью и убийством поэта. Любовь Татьяны, искренняя и чистая, он сначала отвергает, потому что боится потерять свою скучающую свободу. Он думает, что семейная жизнь убьет его. И здесь кроется первая трагедия Онегина: он сам лишает себя возможности спасения. Он мог бы жениться на Татьяне, жить в деревне, читать книги, растить детей и быть счастливым. Но он выбрал одиночество. В конце романа, когда он встречает Татьяну уже светской дамой, он вдруг понимает, что любит ее. Но теперь уже поздно. Татьяна отказывает ему, оставаясь верной мужу. Онегин остается один, раздавленный своим запоздалым чувством. Спасается ли он? Нет. Он наказан тем, что сам впустил в свою жизнь. Его страдание — это горькая расплата за эгоизм и неспособность вовремя разглядеть настоящее счастье. Пушкин оставляет его на распутье, в мучительном недоумении. Возможно, это страдание и есть начало пути к очищению? Но в самом романе мы не видим его воскресения. Он гибнет морально, его душа омертвела.
Совсем другая история у Печорина. Лермонтов создал более сложный и мрачный характер. Если Онегин просто скучает, то Печорин — человек, который сознательно разрушает жизнь других. Он «демон», который играет с судьбами. Он разбивает сердце Бэлы, княжны Мери, убивает Грушницкого на дуэли, разрушает дружбу Вернера. Печорин сам признается в своем дневнике, что он — «топор в руках судьбы». Он понимает, что приносит зло, но не может остановиться. Его спасение — в поиске сильных ощущений. Он едет на Кавказ, надеясь, что пуля чеченца или, наоборот, любовь дикарки Бэлы вернут ему вкус к жизни. Но ничего не выходит. Он разочаровывается и в этом. Более того, он сам виноват в смерти Бэлы. Печорин страдает от своего цинизма, он пытается понять себя, анализирует каждое свое движение. Это делает его еще более жалким, потому что он не может найти в себе сил для добра.
Есть ли спасение у Печорина? Мне кажется, что в отличие от Онегина, у Печорина шансов было меньше. Онегин хотя бы один раз проявил чувство — полюбил Татьяну. Это запоздалая, но вспышка настоящей жизни. Печорин же говорит, что любовь — это «упоение гордости», и никогда не любил по-настоящему. Он не способен на жертву. В конце романа Печорин умирает. Не на дуэли, а по дороге, возвращаясь из Персии. Эта смерть — символ его бессмысленной жизни. Он истратил свои силы, свой могучий ум на пустые интриги. Он не оставил после себя ничего, кроме сломанных судеб. Лермонтов не даёт нам надежды на его перемену. Печорин — это «характер злого человека», но злого не от природы, а от безнадежности. Его спасение могло быть только в смерти, потому что в жизни он уже не мог найти себе применения.
Получается, что спасти Онегина и Печорина от самих себя могла бы только настоящая, жертвенная любовь или большое дело, служение чему-то высокому. Но для этого им нужно было перестать думать только о себе. Татьяна могла бы стать спасением для Онегина, но он сам оттолкнул её. Бэла и Вера могли бы стать утешением для Печорина, но он растоптал их чувства. Их главная беда — эгоизм и интеллектуальная гордость. Они считают себя выше других, выше этой жизни, поэтому и не могут найти в ней покоя.
В чем же трагедия? В том, что и Онегин, и Печорин — это не злодеи, а жертвы своего времени. Эпоха николаевской реакции, запрет на свободную мысль, отсутствие высоких общественных идеалов — всё это убивало живые души. Они могли быть героями, поэтами, деятелями, но общество сделало их «лишними». Спасти их могла бы другая страна или другое время. Но в тех обстоятельствах, в которых они оказались, спасение было невозможно.
Так есть ли спасение у Печорина и Онегина? Мне кажется, что ответ — нет. Спасение подразумевает изменение души. Но мы не видим их воскресения. Онегин остается в мучительном бессилии перед уходящей Татьяной. Печорин умирает молодым и брошенным, так и не поняв, зачем он жил. Они — герои, которым нечего предложить миру, кроме своей боли. И это делает их образы бесконечно печальными и такими понятными каждому, кто хоть раз задумывался о смысле жизни. Пушкин и Лермонтов показали нам не историю спасения, а историю болезни души, которая, возможно, в ту эпоху была неизлечима. И, наверное, именно эта честная безнадежность учит нас дорожить тем, что мы имеем: искренностью, дружбой и простым человеческим счастьем, которое так легко потерять, если быть таким же гордым и холодным, как эти два вечных героя русской литературы.