Сочинение-описание «Сравнение памятников Кириллу Туровскому в Минске и Гомеле»
Я долго готовился к этому сочинению. Ещё весной мы с классом ездили на экскурсию в Минск, и я впервые увидел там памятник Кириллу Туровскому. А в начале лета мы гостили у бабушки в Гомеле, и я специально попросил папу сводить меня к памятнику этому же святому, который стоит там. Мне стало очень интересно: как один и тот же человек может выглядеть по-разному в скульптурах? И вот теперь, пересматривая фотографии, я хочу написать о том, что увидел и почувствовал. Памятник в Минске, на мой взгляд, очень торжественный и строгий. Он стоит возле Национальной библиотеки, и это сразу задаёт высокий настрой. Скульптор Игорь Голубев изобразил Кирилла Туровского как мыслителя и пророка. Фигура кажется высокой и величественной, она будто вырастает из земли. Одежды святого — это твёрдые, словно каменные, складки. Они ниспадают тяжёлыми волнами, создавая ощущение покоя и силы. В руке у Кирилла — свиток, символ мудрости и слова Божьего. Взгляд его устремлён вдаль, но не сурово, а скорее задумчиво и проницательно. Кажется, что он смотрит сквозь века и видит нас, современных людей. Лицо у него спокойное, с резкими, благородными чертами. Больше всего меня поразили складки его одежды — они напоминают мне волны на реке или горные породы. В этом памятнике чувствуется несокрушимая вера и сила духа. Этот Кирилл — мудрый наставник, который учит словом, и его слово вечно, как камень. Он стоит неподвижно, но в его позе столько внутреннего достоинства, что начинаешь невольно выпрямлять спину и чувствовать себя частью чего-то большого и важного. Совсем иное впечатление произвёл на меня памятник в Гомеле. Он стоит в сквере рядом с парком, среди зелени и цветов. Этот памятник кажется более мягким, человечным и даже немного печальным. Автор — скульптор Валерий Кондратенко — передал Кирилла не как сурового философа, а как человека, прожившего трудную жизнь, но сохранившего доброту. Фигура здесь более приземистая и плотная. Одеяние святого — это уже не острые грани, а плавные, округлые линии. И главное отличие — это руки. В Минске свиток зажат, как меч. Здесь же Кирилл держит раскрытую книгу, как будто только что читал нам проповедь и теперь, закрыв её, задумался о чём-то сокровенном. Его ладонь лежит на книге открыто, без напряжения. Взгляд у гомельского Кирилла обращён немного вниз, словно он смотрит на людей, пришедших к нему, и слушает их. Лицо у него более полное, с морщинками у глаз — кажется, что он сам много страдал, но не потерял сочувствия к другим. В его лице есть что-то от моего дедушки: мудрое, доброе и усталое. Памятник кажется очень тёплым, домашним. Если минский Кирилл похож на грозного учителя, то гомельский — на доброго пастыря. Когда я сравниваю эти два памятника, мне приходит в голову одна мысль. Святой Кирилл Туровский жил очень давно, в двенадцатом веке, но его личность оказалась настолько сильной и многогранной, что каждый скульптор смог увидеть в нём что-то своё, особенное. В Минске он — символ государственной мудрости и силы слова, которое строило культуру целой страны. Поэтому его образ такой величавый и торжественный, он больше похож на памятник эпохе. В Гомеле же он — это наш земляк, человек, который вышел из простой земли, из города на Соже, и стал святым. Здесь хочется подойти к нему поближе, погладить прохладный камень его книги и почувствовать, что время на самом деле не властно над настоящей добротой и знаниями. Лично для меня, эти два памятника — как две страницы одной книги. Одна страница говорит о долге, чести и силе, другая — о милосердии, терпении и любви к людям. И то, и другое важно. Когда я смотрю на сурового минского Кирилла, я понимаю, что нужно быть сильным и ответственным. А когда я вспоминаю гомельского, с его усталой добротой, я понимаю, что сила ничего не стоит без человечности. Оба они — один и тот же человек, но каждый видит в нём своё. Наверное, так и должно быть, потому что настоящий человек всегда сложнее, чем его каменное изображение. И это здорово, что в нашей стране есть такие разные, но такие прекрасные памятники, которые заставляют нас задуматься о вечном.