Сочинение: Что погубило доктора Старцева (Ионыча)?

Доктор Дмитрий Ионыч Старцев. Какое светлое, звонкое имя! Вслушайтесь: в нем слышится что-то молодое, полное сил и надежд. Именно таким мы видим его в начале рассказа Чехова. Он приезжает в губернский город С. полный энергии, желания работать, лечить людей, приносить пользу. Он даже пешком ходит к пациентам, потому что у него нет еще своей лошади, и он не считает это за трудность. Он умен, образован, у него есть идеалы. Он с увлечением играет на фортепиано и много читает. Кажется, что перед нами герой, достойный лучшей доли. Но проходит всего несколько лет, и мы видим совсем другого человека — толстого, красного, с одышкой, которого все знают уже не как доктора Старцева, а просто как Ионыча. Что же случилось? Кто или что погубило этого талантливого врача? В чем трагедия его превращения в обывателя?
Мне кажется, что погубила Старцева даже не среда, а нечто более страшное — его собственное безволие и нежелание бороться с этой средой. В городе С. живут обычные, серые люди. Их разговоры скучны и пусты: о еде, о картах, о здоровье. Сначала Дмитрий Ионыч пытается сопротивляться этой пустоте. Он скучает в гостях, но продолжает ездить к Туркиным — самой «образованной» и «талантливой» семье в городе. И вот тут-то и кроется первая ловушка. Сама атмосфера дома Туркиных — это имитация жизни, подделка под культуру. Вера Иосифовна пишет бездарные романы, Котик играет на рояле с таким видом, будто заколачивает молотком гвозди, а глава семьи Иван Петрович сочиняет плоские остроты на своем дурацком языке. И все это выглядит как верх остроумия и искусства. Но Старцев влюбляется в Котик. Сначала он счастлив, он готов на подвиги, он даже страдает. Помните его состояние, когда он ждал свидания на кладбище? Кажется, что душа его пробудилась, что любовь спасет его от серости. Но любовь эта оказалась неглубокой, и Котик оказалась ветреной и капризной. Она отвергла его, уехала учиться в консерваторию, и Старцев остался один.
И вот что удивительно: он не погибает от несчастной любви. Он просто… успокаивается. Нет, это страшнее. Он перестает чувствовать. Именно в тот момент, когда сердце его должно было разорваться от боли, он начинает ценить комфорт. На смену идеалам приходят деньги. Мы помним, как он, получив в наследство 3000 рублей, купил себе пару лошадей и стал брать за практику больше. Ему нравится вечером пересчитывать купюры, добытые практикой. И незаметно, как вода точит камень, эта страсть к наживе съедает его живую душу. Он перестает интересоваться медициной как наукой, а видит в ней лишь источник дохода. Ему скучно с больными, он раздражается на них. Он уже не идет пешком — он ездит на тройке с бубенцами. Он не говорит больше о возвышенном — он говорит только о ценах, о картах, о том, у кого какой дом.
Но погубила ли Старцева только любовь к деньгам? Думаю, нет. Это лишь следствие более глубокой болезни — потери интереса к жизни. Посмотрите, как Чехов описывает финал: «У него в городе огромная практика, некогда вздохнуть, и уже есть имение и два дома в городе, и он копит деньги, глядя на лакомые бумаги, вынутые из карманов». И при этом: «Он одинок. Жить ему скучно, ничто его не интересует». Самое страшное — это его равнодушие. Он равнодушен к искусству, к природе, к людям. Он помнит только раздражение, которое испытывает, когда по вечерам вынимает из карманов бумажки. Он стал тем, кого так презирал в юности — сытым, самодовольным, скучающим обывателем. Когда к нему, уже постаревшая и разочаровавшаяся, приезжает Котик (Екатерина Ивановна) и надеется вернуть прежнего Старцева, он не может откликнуться. У него нет сил. Душа его спит.
Так что же погубило доктора Старцева? Погубила его болотная тина обывательской жизни, в которую он добровольно погрузился, шаг за шагом отказываясь от себя. Не внешние обстоятельства сломали его, а внутренняя капитуляция. Он не захотел быть белой вороной, не захотел страдать и бороться, а выбрал сытость и покой. Он позволил рублю, привычке и лени засосать себя. Чехов не случайно в финале называет его просто «Ионыч» — от имени не осталось и следа, осталась лишь кличка, плотская оболочка. Это история о том, как легко потерять человека, если он не борется за свою душу. И мне становится по-настоящему страшно, когда я думаю, что такой путь — от светлого юноши до равнодушного стяжателя — может пройти каждый из нас, если вовремя не остановиться и не спросить себя: а не стал ли я Ионычем?