Сочинение Образ помещиков в поэме «Мертвые души»

Поэма Николая Васильевича Гоголя «Мертвые души» — это не просто история про то, как хитрый делец Павел Иванович Чичиков скупает у помещиков умерших крестьян. На самом деле это очень глубокое произведение, которое показывает нам всю Россию того времени. И главное в этой России — не столько чиновники или крестьяне, сколько помещики, эти «хозяева жизни». Гоголь выводит перед нами целую галерею образов, и каждый из них — это как будто ступенька, по которой человек скатывается в пропасть духовной смерти. Писатель показывает, что душа может умереть еще при жизни, если в ней нет ничего святого, а есть только пустота, жадность или глупость.
Первый помещик, к которому приезжает Чичиков, — это Манилов. Его имя стало уже нарицательным. Манилов — это человек, который живет в мире сладких, но абсолютно бесполезных мечтаний. Его усадьба стоит на открытом всем ветрам месте, дом — на возвышении, но все вокруг неухожено, пруды заросли, все хозяйство идет само по себе. Сам Манилов приятный, улыбчивый человек, но улыбка эта пустая и приторная, как сахар. Он ничем не занят, не управляет имением, он просто «существует». И в его кабинете лежит книга, заложенная на 14-й странице, которую он читает уже два года. Манилов не может сказать ничего толкового, его мысли путаются, он витает в облаках. С ним даже поговорить не о чем, кроме «любезностей». Он — символ пустой мечтательности, которая не приносит никому пользы, даже ему самому. Человек с мертвой душой, который не живет, а лишь грезит о жизни.
Следующая остановка Чичикова — это Коробочка. Она полная противоположность Манилову. Если Манилов живет в облаках, то Коробочка крепко стоит на земле, но только на своей «куриной лапке». Это пожилая женщина, которая очень хозяйственна, но ее хозяйственность — это какая-то животная, мелочная забота. Она знает, сколько у нее ульев, помнит всех умерших крестьян поименно, но дальше своего носа не видит. Главное для нее — копейка, сундучок, вещи. Её ум настолько закостенел, что она боится всего нового. Когда Чичиков предлагает ей продать мертвые души, она туго соображает: «А ну как они в хозяйстве пригодятся?» — думает она. Потом она начинает торговаться, боясь продешевить. Коробочка — это символ косности, духовной ограниченности. Её душа закупорилась в мире денег и вещей, и в ней нет места ни для чего высокого. Она, как та скворечня, которую она носит на голове, — смешна и жалка.
Третий помещик — Ноздрев. Это человек-кутеж, «исторический человек», как называет его Гоголь, то есть везде, где он появляется, обязательно случается какая-нибудь история: скандал, драка или пьянка. Ноздрев — это воплощение буйной, разгульной энергии, которая, однако, никуда не направлена, а просто проматывается впустую. Он врет без остановки, хвастается, меняет все подряд: ружья на лошадь, лошадь на шарманку. В его душе нет никакого добра. Он жесток и груб, любит играть в карты, но почти всегда мухлюет, за что его и бьют. Его страсть к вранью и кутежам не знает границ. Он — «душа нараспашку», но душа эта пустая и дурная. Ноздрев — это уже та ступень, где человек окончательно теряет человеческий облик из-за полной распущенности. Он не просто мертв духовно, он агрессивно мертв, он сеет вокруг себя хаос и разрушение.
Собакевич — четвертый помещик. Он похож на «средней величины медведя». Все у него основательное, прочное, грубое: дом из толстых бревен, стулья, которые, кажется, сами говорят: «И я тоже Собакевич!». Сам он — кулак, который, по меткому выражению Гоголя, «природа как-то не слишком мудрила», а просто рубила с плеча. Собакевич — это образ грубой, циничной силы. В отличие от Манилова, он прекрасно знает, что нужно делать. Он набивает цену мертвым душам, расхваливая своих умерших крестьян как живых: «Я вам не то что какой-нибудь Плюшкин! У меня все работники — орех!». Он презирает всех: и чиновников, и губернатора, и соседей. Его душа — это прочный, тяжелый кусок мяса, в котором нет никаких чувств, кроме жадности и практической хитрости. Собакевич — это уже не просто ограниченность или расточительство, это сознательное, звериное скопидомство и человеконенавистничество.
И, наконец, последний и самый страшный помещик — Плюшкин. Он — финал этого падения. Если Манилов — это еще какая-то приятная пустота, а Коробочка — тупая хозяйственность, то Плюшкин — это полное разложение. Когда-то он был хорошим хозяином, у него была семья, но после смерти жены он постепенно терял человеческий облик. Его страсть к накопительству переросла в патологическую скупость. Он собирал совершенно ненужный хлам: старые зубочистки, гвоздики, сломанные вещи, но при этом на его гумне гнил хлеб, крестьяне умирали от голода. Плюшкин сам ходит в засаленном халате, похожий на старую бабу-ключницу. Чичиков сначала даже принимает его за бабу. Его дом похож на склеп, все в пыли и паутине. В нем окончательно умерло все человеческое: милосердие, жалость, достоинство. Он — «прореха на человечестве». Это не просто скупой старик, это символ того, до какой степени может дойти омертвение души, когда человек перестает быть человеком и превращается в вещь.
Таким образом, помещики в «Мертвых душах» — это не просто разные характеры. Это гоголевская лестница, по которой душа нисходит к полной гибели. Манилов, Коробочка, Ноздрев, Собакевич, Плюшкин — все они мертвы духовно. Они не могут принести стране никакой пользы, они — тормоз, паразиты на теле России. Чичиков не случайно скупает именно «мертвые души». Он сам — такой же мертвый, как и они, может быть, даже более страшный, потому что он — делец нового типа, но суть та же: отсутствие живого, настоящего, божественного начала. Гоголь хотел показать, что если человек живет только ради своих мелочных страстей, ради денег или глупых мечтаний, то он умирает еще при жизни. И только в последней, третьей части поэмы (которую он, увы, сжег) должны были появиться живые души, способные возродить Россию. Пока же перед нами — страшная картина всеобщего омертвения, которую Гоголь изобразил с огромной силой, чтобы мы задумались: «А жив ли я сам? Не превратился ли я в того же Манилова или Плюшкина?»