Сочинение-рассуждение на тему «Чичиков — антигерой поэмы 'Мертвые души'»

Когда я впервые прочитал «Мертвые души» Николая Васильевича Гоголя, меня долго мучил вопрос: почему главный герой, Павел Иванович Чичиков, не оставляет в душе ни ненависти, ни восхищения? Он не злодей в привычном смысле — не убивает, не грабит, не предает открыто. Но при этом после каждой встречи с ним остается странный осадок: будто смотришь на человека, у которого внутри пустота, а все его таланты служат одной цели — наживе. Именно поэтому я уверен: Чичиков — антигерой. Он не просто отрицательный персонаж, а тот, кто лишен главного — живой души, и это страшнее любого порока.
Внешне Чичиков обаятелен и ловок. Он умеет нравиться: с Маниловым он слащаво-чувствителен, с Коробочкой — настойчиво-терпелив, с Ноздревым — развязен, с Собакевичем — деловит, с Плюшкиным — притворно-жалостлив. Он меняет маски быстрее, чем актер на сцене. Но за этой изменчивостью не стоит ни подлинного интереса к людям, ни желания понять их. Каждый помещик для него — лишь дверь к мертвым душам. Чичиков смотрит на человека как на инструмент, и это его главное качество. Он не способен на настоящую дружбу или любовь, потому что все его поступки продиктованы расчетом. Даже свое прошлое он вспоминает только для того, чтобы оправдать свое упрямство: «Копи копейку — она все прошибет». Эти слова отца стали для Чичикова законом, и он следовал ему беспрекословно, убивая в себе все живые чувства.
Но Чичиков — не просто жадный делец. Он антигерой еще и потому, что его душа «мертва» в прямом смысле этого слова. Гоголь показывает нам галерею помещиков: Манилов — пустая мечтательность, Коробочка — тупая хозяйственность, Ноздрев — буйная бесцельность, Собакевич — грубая сила, Плюшкин — крайняя скупость. Каждый из них уже мертв духовно, застыл в своей страсти. Но Чичиков, вбирая от всех понемногу, оказывается еще страшнее: он — универсальная машина по накоплению капитала. В нем нет даже той яркой черты, которая делает помещиков запоминающимися. Чичиков — серый, скользкий, вездесущий. Он как вирус, который проникает в любую среду и подчиняет ее себе. И этот вирус невозможно остановить моральными увещеваниями, потому что он не верит в мораль. Для Чичикова нет ничего святого, кроме денег.
Сама афера с мертвыми душами символична. Чичиков скупает то, чего нет на самом деле — умерших крестьян, числящихся живыми по ревизской сказке. Он торгует призраками, и это метафора его собственного существования. Он сам — мертвая душа, которая пытается казаться живой. Его жизнь — сплошная махинация, обман, фальшь. Он не создает ничего, не строит, не сеет — только перекладывает бумаги, обманывает казну, наживается на чужом горе. И что удивительно: Гоголь не показывает в афере Чичикова никакого сопротивления со стороны общества. Помещики охотно продают мертвых, потому что и они заражены той же болезнью — жаждой наживы. Городские чиновники принимают Чичикова как своего, видят в нем «миллионщика». И вот тут становится особенно страшно: Чичиков — не исключение, а продукт среды, закономерное порождение мира, где все продается и покупается.
История жизни Чичикова, которую Гоголь помещает в последних главах, окончательно убеждает меня, что перед нами антигерой. Его детство — бедность, отсутствие любви, постоянные наставления отца: «Угождай учителям, не водись с товарищами, береги копейку». Он послушно учится, ловчит, подлизывается. Потом — служба, взятки, доносы, кражи. Чичиков несколько раз оказывается на грани разоблачения, но каждый раз выбирается. Причем он не просто мошенник, а человек, который искренне верит в свою правоту. Он считает, что честным путем не проживешь, что все так делают, а если он быстрее и умнее — то это не грех, а талант. В его оправданиях слышна пугающая логика: «За что ж другие пользуются, а я страдаю?» У него нет чувства вины, нет раскаяния, нет стыда. Его совесть мертва, как и те души, которые он скупает.
Но почему же Чичиков — антигерой, а не просто отрицательный герой? Потому что антигерой — это не тот, кто совершает злодейства ради зла, а тот, кто воплощает собой пустоту, потерю идеалов. Чичиков не вызывает у нас желания подражать, он не привлекает, как, например, романтический разбойник. Напротив, он отталкивает своей серостью, своей бесхребетностью. В конце поэмы, когда Чичиков бежит из города, Гоголь задает вопрос: «Кто ж он? Стало быть, подлец?» И сам же отвечает: «Подлец — вот кто!» Но сразу добавляет: что в этом подлеце есть человеческое? И мы понимаем, что Чичиков — это не карикатура, а предостережение. Он — каждый из нас, если мы забываем о душе ради выгоды.
Я думаю, именно поэтому поэма называется «Мертвые души» — не только потому, что крестьяне числятся умершими, но и потому, что живые помещики и сам Чичиков — такие же мертвые. Чичиков — антигерой, который не вызывает ни сочувствия, ни ненависти, а только горькое сожаление. Он — зеркало, в котором отражается общество, утратившее нравственные ориентиры. И пока мы видим в нем только удачливого мошенника, а не предупреждение, мы рискуем стать такими же — талантливыми, ловкими, но пустыми внутри. Поэтому образ Чичикова остается актуальным и сегодня, когда деньги часто становятся главной мерой успеха. Он напоминает нам: нельзя покупать мертвые души, потому что цена этому — собственная душа.