Сочинение «Мои мысли после прочтения поэмы Н. В. Гоголя 'Мертвые души'»

Я просто закрыл книгу. На обложке значится: «Мертвые души», Николай Васильевич Гоголь. И в комнате стало как-то особенно тихо. Слышно только, как за окном шуршит дождь по листьям клена, и тикают настенные часы. А в голове у меня — целый мир, странный, гротескный, но такой узнаваемый, что мурашки бегут по коже. Честно говоря, я прочитал поэму на одном дыхании, хотя она совсем не похожа на те приключенческие романы, которые я обычно беру в библиотеке. Здесь нет погонь, стрельбы и тайн с сокровищами. Но есть тайна пострашнее. Тайна, которая прячется в душах людей. И эта тайна заставила меня задуматься о том, что такое на самом деле наша жизнь.
Главный герой, Павел Иванович Чичиков, — фигура очень скользкая. Сначала он мне казался просто деловым человеком, каким-то авантюристом вроде тех, что продают воздух. Скупать умерших крестьян, которые еще числятся живыми по бумагам, чтобы потом заложить их в банке и получить деньги — это же чистое мошенничество! Но Гоголь не был бы великим писателем, если бы его интересовала только уголовная хроника. За этой аферой, за этой «мертвой душой» в прямом, бюрократическом смысле, я вдруг разглядел что-то другое. Чичиков ездит по помещикам и собирает не просто имена на бумаге. Он собирает коллекцию человеческих пороков. Каждый помещик, которого он посещает, — это не просто персонаж. Это кривое зеркало, в которое страшно смотреть. И чем больше я читал, тем отчетливее понимал: Гоголь написал не про крепостное право, нет. Он написал про нас. Про то, как мы постепенно становимся «мертвыми душами» еще при жизни.
Вот Манилов. Такой приторный, слащавый, вечно витающий в облаках. У него в кабинете лежит книга, заложенная на одной и той же странице уже два года. Его мечты пусты и бесплодны. У него нет настоящей жизни, есть только красивая оболочка. Я вспомнил, как мой одноклассник Коля мечтает стать космонавтом, но при этом не хочет учить математику. Он говорит: «Я и так всё знаю, мне надо только мечтать». Это же чистый Манилов! А потом — Коробочка. Эта дубиноголовая старуха, которая боится продешевить, которая видит мир только через призму своего хозяйства. У нее всё разложено по полочкам: яблоки, мед, пенька… И человеческая душа для нее — тоже товар, вещь, которую можно продать подороже. Сколько вокруг нас таких Коробочек, которые живут в своем маленьком мирке, не замечая ничего, кроме своей «коробки» — квартиры, дачи, банковского счета.
Ноздрев — это просто вихрь. Он врун, кутила, скандалист. Он не может жить без шума, без лжи, без того, чтобы не испортить жизнь другому. Энергия в нем бьет ключом, но эта энергия разрушительная. Я смотрел на него и думал: как же страшно, когда человек не может остановиться, когда его «жизнь» — это сплошная пустая трата времени. А Собакевич? Этот — медведь, здоровый, грубый, но очень хитрый. Он презирает всех, он набивает себе цену. Для него главное — сытость и крепость. «Мне не нужна душа, дайте мне свиной желудок!» — как будто кричит он своей жизнью. И, наконец, Плюшкин. Вершина падения. Когда я читал про него, мне стало по-настоящему жутко. Когда-то он был хорошим хозяином, семьянином. А потом жадность, подозрительность, страсть к накопительству сожрали всё. Он превратился в «прореху на человечестве». Он не живет, он существует, собирая хлам, который ему не нужен. И самое страшное, что этот Плюшкин сидит в каждом из нас. Немножечко. Пока мы не даем ему разрастись.
Но книга на этом не заканчивается. В финале, когда Чичиков в панике уезжает из города, Гоголь вдруг прерывает свой рассказ и начинает говорить о Руси. О птице-тройке, которая мчится вперед, не разбирая дороги. И вот тут я почувствовал самое главное. Да, Гоголь высмеял своих героев, показав их пустыми, никчемными, «мертвыми». Но он не проклял их. В каждой душе, даже в самой грязной, как у Чичикова, он видел искру. И его «птица-тройка» летит, несмотря на этих уродов и чудовищ, которые застряли в болоте быта. Она летит, потому что у России есть будущее. Потому что душа жива, пока человек способен видеть свою грязь и хотеть очиститься.
Поэма «Мертвые души» — это не просто книга о мошеннике. Это учебник по самопознанию. Гоголь заставил меня заглянуть в свой внутренний мир и спросить себя: «А не Манилов ли я, когда вместо уроков мечтаю? Не Коробочка ли я, когда жалею купить другу мороженое? Не Плюшкин ли, когда не даю списать домашку, боясь, что у меня самого спросят?». Страшно признавать, но эти герои живут во мне. И единственный способ не превратиться в «мертвую душу» — это бороться с ними в себе.
Я закрыл книгу. За окном все так же шумит дождь. Но в комнате теперь не тихо. Внутри меня звучит вопрос, который, наверное, будет звучать всю жизнь: «А жив ли я на самом деле?» И от этого вопроса, несмотря на всю трагичность книги, становится светло. Потому что пока я задаю себе этот вопрос, я — живая душа. И «Мертвые души» — это не приговор. Это надежда. Гоголь верил в Россию, верил в человека. А значит, есть надежда и на то, что каждый из нас однажды проснется и сбросит с себя оцепенение пустоты. И понесется, как та самая тройка, в настоящую, полную смысла жизнь.