Сочинение Влияние общества на человека на примере «Ионыча»

Как часто мы слышим фразу: «Среда заела»? Иногда она звучит как оправдание, иногда — как приговор. Но что на самом деле стоит за этими словами? Может ли общество, простое окружение, поглотить человека настолько, что от его прежних мечтаний не останется и следа? Именно об этот страшный и важный вопрос заставляет нас задуматься Антон Павлович Чехов в своем рассказе «Ионыч». Это не просто история про врача, который разбогател и обленился. Это трагедия гибели души, раздавленной пошлостью обывательской жизни. И я думаю, каждый из нас, читая этот рассказ, невольно смотрит в зеркало: не происходит ли то же самое с нами?
В начале рассказа перед нами предстает Дмитрий Старцев, молодой, полный сил земский врач. Он идеалист, он много работает, он любит свою профессию не за деньги, а за возможность помогать людям, чувствовать себя нужным. У него есть энергия, есть желание говорить об искусстве, литературе, науке, гулять пешком, наслаждаться природой. Он по-настоящему живой. И вот он попадает в город С., в дом Туркиных. Эта семья считается в городе самой образованной и талантливой. Глава семьи, Иван Петрович, острит, его жена, Вера Иосифовна, пишет романы, а дочь, Котик, играет на рояле. На первый взгляд — очаг культуры. Но Чехов гениально показывает, что это лишь декорация. Шутки Ивана Петровича давно заезжены, романы Веры Иосифовны никчемны и фальшивы, а игра Котика — это просто механическое нажимание клавиш. Это мир, в котором люди и сами не замечают, как они скучны и пусты. И это первый удар по Старцеву. Он еще различает талант и пустоту, но общество предлагает ему принять эту пустоту за норму.
Старцев влюбляется в Котик. Это его последняя и, пожалуй, главная попытка вырваться из болота. Желая объясниться, он приезжает к ней ночью на кладбище. Эта сцена — одна из самых сильных в русской литературе. Молодой доктор, полный страсти, бродит среди могил и видит... пошлость даже здесь. На памятниках написаны пафосные, фальшивые эпитафии. Самый романтический порыв души разбивается о мертвую, театральную тишину. А затем следует отказ Котик: она мечтает стать великой пианисткой, уехать в консерваторию, и жизнь с провинциальным врачом ей кажется скучной. «Вы — доктор, вы слишком хороший, святой человек...» — говорит она. Ирония в том, что она убивает в нем то святое, что еще оставалось. После отказа Старцев переживает сильное разочарование, и с этого момента начинается его медленное, но верное превращение. Он больше не в силах любить, не в силах восхищаться, он закрывается.
Проходит несколько лет. Мы видим Старцева уже «Ионычем» — так его зовут все в городе, неофициально, уважительно, но вместе с тем и пренебрежительно. У него огромная практика, он разбогател, он купил два дома, третий на примете. Он ездит на тройке с бубенчиками, он толст, тяжел и одышлив. Но главное — он уже не тот Дмитрий Старцев. Он разучился чувствовать. Если раньше ему хотелось говорить с пациентами о литературе, то теперь он раздражается, если они не платят ему деньги. Его единственное развлечение по вечерам — пересчитывать выручку, а потом прятать деньги в банк. «В городе он бывал только по делам, да и то молчал», — пишет Чехов. Общество съело его. Город С., с его ленивым, сытым, бездумным бытом, не позволил ему быть другим. Старцев не смог сопротивляться. Он сдался. Он стал как все: «ничем не интересуется, ни во что не верит», разве что в деньги и в карты.
Особенно страшна сцена повторной встречи с Котик. Екатерина Ивановна вернулась из Москвы, постарела, похудела, ее романтические мечты разбились — пианисткой она не стала. Она искренне сожалеет о своей былой глупости и надеется на возрождение чувств Старцева. И что же? Ионыч сидит перед ней, сытый, толстый, и мысленно считает: «А хорошо, что я тогда не женился». Пожалеть ее? Проникнуться? Нет. Он вспоминает, как листал чековую книжку, находит купюры в кармане. Когда-то пламя любви сожгло его изнутри — теперь даже пепла не осталось. Он вышел, проехал мимо кладбища, поглядел на старый дом Туркиных и подумал: «Что тебе скажут? Ах, здравствуйте, пожалуйста». Душа умерла окончательно. Там, где когда-то бился страстный пульс, теперь зияет пустота, заполненная звоном монет.
Так в чем же трагедия и главный урок «Ионыча»? В том, что нельзя винить только общество. Да, среда, в которую попал Старцев, была пошлой и убогой. Она давила на него. Но выбор все равно оставался за ним. У него была профессия, был ум, была любовь к красоте. Однако он позволил лени, сытости и комфорту победить себя. Он променял свои идеалы на тепло печки и жирный ужин. Человек похож на кристалл — если он теряет свою внутреннюю форму, грань, его расплющивает в бесформенную массу. Старцев перестал сопротивляться скуке, он сам стал ее частью. Это самое страшное наказание для человека — перестать быть личностью, стать «просто Ионычем». Хочется верить, что, закрывая книгу, каждый из нас спросит себя: а не превращаюсь ли я в Ионыча? Есть ли во мне тот огонь, который не даст пошлости мира погасить мою душу?