Сочинение Пусть не будет войны никогда. С Днем Победы

Утро Девятого мая всегда начинается особенно. Солнце ещё не жаркое, но уже по-весеннему ласковое, и воздух пахнет сиренью и какими-то горьковатыми листьями. За окном слышны не привычные звуки машин, а размеренный шаг, негромкие голоса и, кажется, даже тишина, которая звенит иначе. Я просыпаюсь от того, что папа включает телевизор, и оттуда доносится знакомый голос диктора, а потом — торжественный марш. В такие минуты сердце начинает биться быстрее, хотя ты ещё толком не проснулся. На душе становится одновременно светло и немного грустно. Это праздник со слезами на глазах, как говорят взрослые. И я начинаю понимать, что эти слова — не просто красивая фраза.
Я смотрю на старый, выцветший снимок, который лежит у бабушки в шкатулке. Там мой прадед. Он очень молодой на этой фотографии, у него смелые глаза и чуть взъерошенные волосы. Бабушка рассказывала, что он прошёл всю войну, дошёл до Берлина, но домой вернулся только в сорок шестом, потому что остался восстанавливать разрушенные города. Он никогда не любил рассказывать о войне. Только иногда, когда смотрел «Подвиг разведчика» или «А зори здесь тихие», он молчал и, кажется, видел что-то другое, что было спрятано глубоко внутри. Однажды он сказал моей маме: «Самое страшное — это не когда тебе больно. Самое страшное — когда после боя ты смотришь на поле и всех называешь по именам, а они лежат и молчат. И ты понимаешь, что голоса их уже никогда не услышишь. Никогда». Мне трудно представить это. Как можно жить с такой памятью? Как можно потом радоваться солнцу, смеяться, нянчить внуков? Но он жил. И мы живём. Значит, он хотел, чтобы мы жили и помнили, какой ценой нам досталась эта жизнь.
У нас во дворе живёт старушка, её зовут тётя Клава. Она была ребёнком войны. Ей тогда было лет шесть. Она рассказывала нам, как пряталась в погребе, когда немцы заходили в село, и как её мать закапывала в огороде банки с зерном и сахаром, чтобы не отдали врагу. А ещё она рассказывала, как они радовались, когда находили лепёшку из лебеды и картофельных очистков. «Мне до сих пор снятся эти лепёшки, — говорит она и улыбается беззубым ртом. — Снятся и солдаты, которые угощали нас кусочком сахара. Мы их ждали как освободителей. Мы знали, что они придут и прогонят беду». Каждый год 9 мая тётя Клава надевает свой единственный пиджак, на котором приколоты три медали и несколько значков. Она выходит во двор, садится на лавочку и смотрит, как идёт «Бессмертный полк». Она уже плохо видит, но приглядывается к портретам. Иногда она машет рукой и говорит: «Ваня, Ваня... а ведь ты тоже в строю». Мне кажется, что она видит не просто фотографии, она видит тех мальчишек, с которыми когда-то играла, и тех солдат, которые спасли её. Я смотрю на неё и понимаю: вот она, живая история. Она не в учебнике, она здесь, рядом, с костяной тростью и добрыми морщинистыми руками.
Сегодня мы с классом идём к Вечному огню. Мы несём красные гвоздики, которые уже начали немного увядать в наших руках, но это неважно. Мы становимся в шеренгу, и учительница читает стихи. Голос у неё дрожит. А потом мы стоим молча ровно минуту. Это очень долгая минута. Ты слышишь, как ветер шевелит листву, как где-то далеко гудит самолёт, как тикают часы на Спасской башне (если смотреть телевизор, но на самом деле просто тишина). В этой тишине ты вдруг осознаёшь, что войны быть не должно. Никогда. Не может быть оправдания тому, что разрушает дома, разлучает матерей и детей, отнимает жизни. Война — это грязь, холод, голод и постоянный животный страх. Это когда человек перестаёт быть человеком. И как бы громко ни говорили о героизме и подвигах, сама война — это трагедия. И мы должны сделать всё, чтобы на нашей земле больше никогда не рвались снаряды.
Когда я вырасту, я хочу стать врачом или, может быть, строителем. Чтобы лечить людей или строить для них красивые дома. Я хочу, чтобы мои дети просыпались не от воя сирены, а от пения птиц и звонка будильника. Я хочу, чтобы слово «война» осталось только на страницах книг и в записях на старых кассетах. Чтобы День Победы был днём памяти и радости, а не днём новых похоронок. Мы должны помнить о тех, кто подарил нам это чистое небо. Помнить не для того, чтобы ненавидеть, а для того, чтобы ценить. Ценить каждую секунду мирной жизни, каждую улыбку друга, каждое слово «мама». Мне кажется, это самый главный урок войны.
И вот я стою с гвоздикой в руке, слушаю, как гремит оркестр, и смотрю на лица ветеранов. Их почти не осталось. Совсем мало. Те, кто выжил в том аду, сейчас сидят на скамейках, принимают поздравления, а у самих слёзы текут по щекам. И я подхожу к одному дедушке, протягиваю ему свой цветок и говорю: «Спасибо, дедушка, спасибо за Победу». Он молча жмёт мне руку, и ладонь у него сухая и крепкая, как корень старого дерева. В этот момент я чувствую связь времён: между мной — мальчишкой, который живёт в двадцать первом веке, и им — солдатом, который в сорок пятом взял Берлин. Я чувствую ответственность. Ответственность за то, чтобы не предать их память, чтобы пронести этот огонь дальше.
Пусть же никогда не будет войны. Пусть дети рождаются и растут под мирным солнцем. Пусть слово «фашизм» останется историей, а слово «мир» — настоящим. С Днём Великой Победы! С праздником мужества, чести и любви к жизни. Мы помним. Мы гордимся.