Сочинение Роль музыки в годы войны

Война… Какое страшное, скрежещущее слово. В нём слышится лязг гусениц, свист пуль, стоны раненых и глухой, надрывный плач матерей. Кажется, что в этом аду, где смерть ходит по пятам, нет места для чего-то прекрасного и возвышенного, для того, что мы называем музыкой. Но история говорит об обратном. В годы Великой Отечественной войны музыка стала не просто развлечением или искусством. Она стала оружием, лекарством, молитвой и самой жизнью.
Я часто думаю о том, как можно было петь, когда над головой рвутся снаряды, когда ты голоден, замёрз и потерял всех своих близких. Но люди пели. И в этом, наверное, и заключалась самая главная тайна русского солдата. В песне пряталась душа, которую нельзя было убить или сломать. Песня была той невидимой ниточкой, которая связывала бойца в окопе с его домом, где остались мать, жена, дети. Вспомним хотя бы «Священную войну» — музыку, написанную композитором Александром Александровым. Эта песня вставала в строй вместе с солдатами. Её грозный, призывный ритм поднимал людей в атаку, вселял ненависть к врагу и, одновременно, огромную, всепобеждающую любовь к своей земле. «Вставай, страна огромная!» — этот призыв звучал из каждого репродуктора, и каждый, кто его слышал, чувствовал: отступать некуда.
Но музыка на войне была не только маршевой. Она была и тихой, лирической. Каким чудом, например, в окопах родилась песня «В землянке» на стихи Алексея Суркова? Где взял поэт такие тёплые, домашние слова про «тесною печурку» и «огонь, что в печурке бьёт»? А музыка Константина Листова сделала их бессмертными. В этой песне не было призывов к победе, она была просто о любви. Солдат вспоминал свою любимую, её глаза и улыбку. И каждый боец, слушая её, на минуту оказывался не в промёрзшей землянке, а где-то далеко, в мирной и счастливой жизни, которую он обещал защитить. Эта музыка лечила души, которые были истерзаны видом крови и смерти. Она напоминала им, ради чего стоит жить и сражаться.
Пожалуй, самым удивительным примером силы музыки в годы войны является история Седьмой симфонии Дмитрия Шостаковича. Сам композитор пережил страшные месяцы блокады Ленинграда, дежурил на крышах домов, тушил зажигательные бомбы, а по ночам писал музыку. Он писал её не просто как композитор — он писал её как солдат. И вот, когда город задыхался в кольце врага, когда люди умирали от голода, в блокадном Ленинграде решили исполнить эту великую симфонию. Музыкантов было трудно собрать — многие ослабели, другие погибли. Но их собирали по всему городу, некоторых привозили прямо из окопов. И в день премьеры по радио объявили: «Внимание, говорит Ленинград! Слушайте Седьмую симфонию Шостаковича!»
Зал Филармонии был полон. Обессиленные, но счастливые люди слушали музыку, в которой была вся боль войны, всё отчаяние и, самое главное, — несгибаемая воля к жизни. Эта музыка гремела на весь мир! Чтобы враг не помешал концерту, наше командование провело артиллерийскую операцию «Шквал» — обстреляло немецкие батареи, заставив их замолчать. Получается, что пушки стреляли для того, чтобы звучала музыка! И она звучала. Она несла миру весть о том, что Ленинград жив и будет жить, что русскую душу не сломить никакими бомбами. Для меня этот поступок — симфония в осаждённом городе, сыгранная полуживыми музыкантами, — это высший подвиг искусства.
Когда я слушаю эти старые записи, «с хрипом и шипением», я понимаю, что война не только отнимает жизни, но и обнажает самое главное в человеке. Музыка в те страшные годы была голосом совести, криком боли и шепотом надежды. Она вела солдат в бой, утешала в минуты затишья, помогала ждать и верить. Она прошла через кровь и пепел, но осталась чистой и светлой. Поэтому я считаю, что музыка — это не просто звуки. Это памятник всем, кто выстоял. Это напоминание нам, сегодняшним, о том, какой ценой завоеван мир. И пока звучат песни военных лет, живет наша общая память. А значит, жива и наша страна.