Герой времени в поэме Гоголя (Чичиков). Чичиков — это беда или надежда России?

Павел Иванович Чичиков. Когда читаешь поэму Гоголя, этот господин средней руки въезжает в город N и въезжает в наше сознание так же тихо, как его бричка. Он не кричит, не машет шашкой, не произносит пылких речей. Он кланяется, улыбается и говорит приятным голосом. Внешне — никакой героики. Но внутри него — целая вселенная, которая заставляет нас мучиться вопросом: кто он для России? Опасная болезнь или последняя надежда?
Сначала кажется, что Чичиков — это стопроцентная беда. Посмотрите, что он делает. Он скупает мертвые души — людей, которых уже нет на свете, но которые числятся по бумагам. Это не просто афера, это страшная метафора. Гоголь показывает, что деньги и положение в обществе можно построить на пустоте, на призраках. Чичиков — человек без чести. Он никого не убивает физически, но он убивает правду. Он обманывает чиновников, он обманывает помещиков, он готов обмануть даже самого себя, лишь бы достичь цели. Разве это не беда для страны, где главным героем становится ловкий делец, для которого нет ничего святого, кроме «копейки»? Ведь если все будут такими, как Чичиков, Россия превратится в один большой базар, где продают и покупают не только товары, но и души.
Помещики, которых он посещает, — это тоже беда. Манилов пуст и сладок, Коробочка тупа и жадна, Ноздрев — буян и враль, Собакевич — кулак, Плюшкин — прореха на человечестве. Все они — разные лица застоя. Но Чичиков умудряется находить общий язык с каждым. Он подстраивается, льстит, меняет маски. И это страшно. Значит, Россия буквально кишит такими людьми? Значит, герой времени — это тот, кто умеет врать лучше всех? Гоголь грустно смеется, но за этим смехом слышен плач. Чичиков — это диагноз. Он показывает, что общество сгнило изнутри, если единственным двигателем прогресса стала нажива.
Но давайте попробуем посмотреть на Чичикова с другой стороны. Может быть, он всё-таки надежда? Ведь он не лежит на печи, как Илья Муромец, и не пускает пыль в глаза пустыми мечтами, как Манилов. Он действует. Он едет, хлопочет, считает, торгуется, пишет бумаги. У него есть цель — стать помещиком, завести семью, оставить потомство. Он не прозябает в нищете, как Плюшкин, не пьянствует, как Ноздрев. Чичиков — человек новой формации. Он — предприниматель. В нем есть та самая энергия, которой так не хватало спящей России. Он, в конце концов, не сидит сложа руки, а пытается вырваться из болота. И если бы его энергию направить не на покупку мертвых душ, а на строительство заводов или дорог? Может быть, именно такие, как Чичиков, смогли бы разбудить Россию? Гоголь оставляет нам эту загадку. Герой мертвой души оказывается живее всех живых помещиков.
Однако тут есть подвох. Энергия Чичикова лишена нравственного стержня. Он не знает, зачем он это делает. Он просто хочет быть «как все», только богаче. Он верит в «копейку» как в Бога. И вот тут и таится главная проблема. Чичиков — это надежда только в том случае, если он способен измениться. Гоголь планировал написать второй том, где Чичиков должен был очиститься и стать положительным героем. Но он сжег рукопись. Почему? Наверное, потому что сам не поверил в такое чудо. Нельзя вырастить доброе дерево из корня, которым является стяжательство. Чичиков не может стать надеждой, пока его цель — набить карман. Он — зеркало, в котором отражается общество, переставшее различать добро и зло.
В итоге я понимаю, что ответ не может быть однозначным. Чичиков — это и беда, и хитрая ловушка. Он беда, потому что его пример заразителен. Если главным человеком в стране становится ловкий делец, значит, в стране пропала совесть. Но он же — и своеобразное предупреждение. Гоголь кричит нам через века: «Смотрите! Вот он — герой вашего времени. Хотите ли вы такого будущего?» Чичиков — это энергия без любви, ум без сердца. И пока мы не научимся соединять деловую хватку с высокой моралью, он будет нашим вечным спутником.
Так кто он? Мне кажется, он — диагноз. Тяжелый, но не смертельный. Пока мы читаем Гоголя, пока мы задумываемся, мы не безнадежны. Чичиков — это наша общая беда, которую мы обязаны осознать, прежде чем она станет нашей единственной надеждой. И, может быть, в этом и есть главный урок поэмы — не стать Чичиковым, а найти в себе силы стать человеком.