Сочинение Жил бы звездочет искал он свою любовь Сказка

Жил-был на свете звездочет. Звали его Альдебаран, в честь самой яркой звезды в созвездии Тельца. Он жил в высокой-превысокой башне, такой высокой, что её верхушка, казалось, цепляла край неба. Каждую ночь он поднимался по скрипучей винтовой лестнице, садился в своё кресло перед огромным медным телескопом и смотрел на звёзды. Он знал их всех по именам. Знал, когда какая родится, когда погаснет, знал их пути и тайны. Люди внизу считали его чудаком, но уважали. Ведь он предсказывал урожаи, находил потерянные вещи и знал, когда лучше начинать путешествие. Но была у Альдебарана одна тайна, о которой не знал никто.
Каждую ночь, когда он смотрел на звёзды, ему казалось, что они зовут его. Не просто куда-то вдаль, а к чему-то очень важному. И самое удивительное было вот что: среди тысяч и тысяч мерцающих огоньков на чёрном бархате неба он видел одну, самую особенную звезду. Она была не самой яркой и не самой большой, но она всегда светила ему ровным, тёплым, синим светом, как тот огонёк, что зажигают в избушке поздним вечером. Альдебаран чувствовал, что эта звезда — живая. Что она тоже смотрит на него. И вот однажды он понял. Звездочеты не ищут камней или золота. Они ищут свет. А он ищет свою любовь. И она там, наверху, среди холодного космоса.
Эта мысль засела в его сердце так крепко, что он больше не мог спокойно сидеть в башне. «Что мне мои карты? Что мне мои вычисления? — думал он, глядя на объективы. — Я должен до неё дотронуться». И тогда он принял безумное решение. Он решил построить лестницу до неба. Не настоящую, конечно, а волшебную, из света. Каждую ночь он брал свой самый мощный фонарь, который собирал звёздный свет, и направлял его вверх. Луч дрожал, тянулся, и на нём, как ступеньки, начинали застывать золотые искры. Соседи крутили пальцем у виска: «Совсем рехнулся старик, свет в небо пуляет». Но Альдебаран не слушал. Он трудился месяцы, год, потом ещё год. Руки его покрылись мозолями, глаза слезились от напряжения, но лестница росла. И вот однажды, когда луна была совсем худой, а звёзды горели особенно чисто, лестница упёрлась прямо в синюю звезду.
Альдебаран замер. Сердце его колотилось, как птица в клетке. Сделав глубокий вдох, он ступил на первую золотую ступеньку. Лестница была твёрдой, как камень. Он пошёл выше. Под ним расстилалась земля, башня стала маленькой, как спичечный коробок. Вокруг была звенящая тишина и холод. Но он шёл и шёл, пока его рука не коснулась последней ступени. И тут произошло чудо. Синяя звезда вздрогнула и начала таять, разливаясь сиянием. В этом сиянии проявился силуэт. Это была девушка — легкая, как облачко, с волосами, струящимися, как Млечный Путь, и глазами такими синими и глубокими, что в них можно было утонуть.
— Здравствуй, — прошептал Альдебаран, у которого перехватило дыхание. — Я искал тебя всю жизнь.
— Здравствуй, — ответила она голосом, похожим на перезвон колокольчиков. — Я — Астра. Я ждала тебя. Мне было так одиноко здесь, в пустоте. Я смотрела на твою башню и видела огонь в твоём сердце.
Они сели прямо на облаках, и Альдебаран рассказывал ей о земле: о том, как пахнет скошенная трава, как шумит дождь по крыше, как пахнет хлебом от печки. А Астра рассказывала ему о небе: о том, как рождаются галактики, о том, как спят метеориты и о чём поют утренние зори. Они забыли о времени. Когда Альдебаран очнулся, он понял, что не может вернуться на землю. Воздух тут был разреженный, и его тело начало слабеть. Он задыхался без привычного воздуха, его кожа бледнела.
— Я не могу остаться здесь навсегда, — грустно сказал он. — Я человек. Моё место там, внизу.
— А я — звезда, — тихо ответила Астра. — Я не могу опуститься на землю, иначе я погасну. Я стану простым камнем.
И тогда они поняли, что встали перед самым трудным выбором. Альдебаран мог остаться на небе и умереть от тоски по земле, или вернуться и умереть от тоски по небу. Он посмотрел на неё, на её сияющие, печальные глаза. И принял решение. Он снял с себя свой старый плащ звездочета. Снял шапку, расшитую созвездиями. Потом он протянул руку и взял её холодную ладонь.
— Я не могу взять тебя на землю, — сказал он. — Но я могу принести землю тебе.
Он спустился по лестнице, которая за его спиной сразу рассыпалась искрами. Вернулся в башню, разбил телескоп, высыпал на пол все чертежи. Взял горсть родной земли из-под ног, налил в хрустальную чашу воды из родника, сорвал полевой василёк и взял щепотку золы из печки, где пекли хлеб. С этим маленьким узелком он снова поднялся. Но лестницы больше не было. Её разрушило время. И тут Альдебаран понял, что сделал. Он остался навечно на земле, а она — на небе. Но вдруг его рука, сжимающая узелок, засветилась. Чаша с водой поднялась в воздух, закружилась, и из неё вырвался луч. Луч дотянулся до рук Астры. Вода, земля, цветок и зола — всё это, смешавшись с сиянием звезды, начало превращаться в новое вещество.
Оно не было ни небесным, ни земным. Оно было любовью. Альдебаран почувствовал, как его ноги отрываются от пола. Он поплыл вверх, но на этот раз не задыхался. Вокруг него закрутился вихрь из тысячи звездных пылинок и душистого сена. Астра, падая вниз, перестала быть прозрачной. Она обретала плоть. Они встретились ровно посередине — там, где воздух уже был разреженным, но солнце ещё грело.
С тех пор их видят редко. Говорят, что на рассвете, между небом и землей, висит маленький мост, сплетенный из росы и звёздной паутины. А на том мосту стоит хижина. Из её трубы вьется дымок — пахнет то ли хлебом, то ли космосом. В ней живут двое. Один каждую ночь смотрит в подзорную трубу на одну-единственную звёздочку, которая не гаснет, а другая тихонько поет ему колыбельные на языке падающих звезд. Потому что любовь не ищут на небесах или на земле. Она там, где ты готов отдать всё, чтобы просто быть рядом. Жил бы звездочет... и нашел.