Сочинение С добрым и прекрасным утром, мой любимый Мигранчик

Солнечный луч, тонкий и золотистый, проскользнул сквозь щелочку между занавесками. Он упал на подушку, потом скользнул по моему лицу и пощекотал нос. Я приоткрыл один глаз. В комнате было еще тихо, вся квартира спала, но этот лучик уже проснулся и звал меня. И тут я вспомнил: сегодня суббота, и меня никто не будит в школу. Можно еще понежиться. Но лучик не унимался, он прыгал по стене, играл в пятнашки с пылинками. А потом я почувствовал это. Теплое, пушистое, тяжелое. На моих ногах. Я улыбнулся, не открывая глаз.
— Доброе утро, Мигранчик, — прошептал я.
В ответ раздалось низкое, ровное мурлыканье. Оно вибрировало прямо в груди, как маленький моторчик, который перезапускает мир. Я наконец открыл глаза и посмотрел на него. Мой Мигранчик сидел у меня в ногах, как маленький лохматый султан на своем троне. Шерсть у него была рыжая, в полоску, с белым манишки на груди, а глаза — один зеленый, другой голубой, как будто два разных неба встретились на его мордочке. Он смотрел на меня в упор, чуть прищурившись, и в этом взгляде было столько спокойной, вселенской любви, что у меня внутри что-то щелкнуло и стало тепло-тепло.
«С добрым и прекрасным утром, мой любимый Мигранчик», — сказал я уже вслух. Кот не спеша, с достоинством встал, потянулся, выгнув спину дугой, выпустив коготки, которые мягко заскребли по одеялу. Затем он подошел ко мне, ткнулся своей огромной головой мне в ладонь и заурчал громче. Это был ритуал. Каждое утро. Самая важная встреча за день.
Я гладил его за ухом, а он терся о мою руку, зажмурившись от удовольствия. В эти минуты я забывал про все. Про то, что вчера получил двойку по математике. Про то, что Петька из параллельного класса опять обозвал меня. Про то, что мама была грустная, когда пришла с работы. Всё это исчезало, растворялось в тепле шерсти и в этом утробном звуке. Мигранчик не знал про оценки и про Петьку. Он знал только одно — я проснулся, я здесь, и я с ним. А значит всё хорошо.
Его даже назвали так смешно — Мигранчик. Когда я был совсем маленьким и только учился говорить, я не мог выговорить слово «Мурзик». У меня получалось что-то невнятное, похожее на «Мигранчик». Родители посмеялись, но прозвище приклеилось. А теперь оно стало ему так к лицу! Кто еще может быть настоящим мигрантом в этом мире, как не кот? Они путешественники по душам, переселенцы из страны покоя в страну человеческой суеты. Они приходят к нам неизвестно откуда, согревают нас своим теплом, а потом уходят, оставляя в сердце светлую грусть. Но пока мы вместе, это не грусть, а счастье.
Мы лежали с ним вдвоем, и я рассказывал ему всё. Я говорил ему про вчерашний дождь, который прошел стеной, и как мы с ребятами бегали по лужам. Я рассказывал про его любимое блюдо — сухой корм со вкусом рыбы, который папа купил ему вчера. Я жаловался, что не выучил стихотворение, и что мне стыдно будет перед учительницей. Мигранчик слушал. Он поворачивал голову, когда я делал паузу, и смотрел на меня своими разноцветными глазами. Казалось, что он понимает каждое слово. Но даже если и не понимает, то чувствует. Он чувствовал, когда мне грустно, и тогда он клал свою голову мне на грудь, и мурлыкал так, что вибрация проходила сквозь меня и успокаивалась где-то в самом сердце. А когда мне было весело, он начинал дурачиться: бегал за солнечным зайчиком, как маленький котенок, хотя был уже солидным десятикилограммовым котом, или забавно подпрыгивал на задних лапах, пытаясь достать муху на стене.
Я вдруг подумал, что, наверное, именно так и выглядит утро. Настоящее утро. Когда просыпаешься не от противного звонка будильника, а от любви. От того света, который живет в другом существе. Мигранчик был моим будильником счастья. Он не требовал от меня быть отличником или делать уроки вовремя. Он не кричал на меня и не ругал за разбросанные носки. Он просто был. Его пушистое присутствие делало мир вокруг добрым и прекрасным.
Я обнял его за шею, прижался щекой к теплому загривку, где пахло солнцем и домом. Внутри меня разлилось такое тихое, глубокое спокойствие. За окном уже вовсю шумел город — сигналили машины, куда-то спешили люди. Но здесь, в моей комнате, время остановилось. Здесь было «сегодня», а не вчера или завтра. Здесь был только мой Мигранчик, мой солнечный луч, мой рыжий и полосатый мир. И я прошептал, уже почти засыпая снова, потому что это утро обещало быть долгим и прекрасным:
— С добрым и прекрасным утром, мой любимый Мигранчик. Спасибо тебе за то, что ты есть.
Он не ответил. Только прижался ко мне сильнее и заурчал с новой силой. И я знал, что это и есть самый лучший ответ на свете. Потому что утро, которое начинается с такого урчания, обязательно станет добрым и прекрасным. А значит, всё в этом мире не зря. И завтра будет новое утро. И я снова скажу ему эти слова. И мир снова начнется с чистого, теплого листа.