Сочинение Почему неизбежен конфликт между Чацким и фамусовским обществом?
Конфликт между Чацким и фамусовским обществом кажется мне не просто случайностью или результатом дурного характера героя. Это что-то неизбежное, как столкновение льдины и горячего потока. Они не могут плыть вместе, потому что состоят из разной материи, у них разная природа. Александр Андреевич Чацкий возвращается в Москву после долгих странствий полным новых мыслей, жаждущим перемен и живого дела. А фамусовский мир, который он застаёт, живёт по старым, раз и навсегда заведённым правилам. Это мир, где ценят не ум и честь, а чин и богатство, где лицемерие — норма жизни, а искренность — почти преступление. Их встреча не могла закончиться миром. С самого начала мы видим, как Чацкий — человек пылкий, прямой и остроумный — наталкивается на стену непонимания. Он приезжает в дом Фамусова, где когда-то вырос, где его ждала Софья, и хочет поделиться всем, что накопилось в душе за три года. Но что он слышит в ответ? Рассуждения Фамусова о том, как важно «и награжденья брать, и весело пожить», поучительные истории о дядюшке Максиме Петровиче, который ради карьеры готов был падать нарочно и смешить двор. Для Чацкого такое поведение — унижение человеческого достоинства. Для Фамусова и его гостей — мудрость жизни, проверенный путь к успеху. Уже в этих первых разговорах видна пропасть между ними. Чацкий говорит о свободе мысли, о служении делу, а не лицам. Фамусов же мечтает лишь о том, чтобы «пригреть» родственника-чиновника и выдать дочь замуж за богатого. Их цели, их представления о счастье — совершенно разные. Особенно ярко конфликт проявляется в отношении к службе, к карьере. Для фамусовского общества служба — это средство для получения наград, для обеспечения себе беззаботной жизни. «А у меня, что дело, что не дело, обычай мой такой: подписано, так с плеч долой», — откровенничает Фамусов. Его идеал — покойный дядя, который служил при дворе и сумел сделать блестящую карьеру благодаря умению угождать. Чацкий же с горечью и сарказмом отвергает этот путь. Он готов служить, но служить честно, не смешивая дело с низкопоклонством. «Служить бы рад, прислуживаться тошно», — эта знаменитая фраза становится его личным девизом и вызовом всему обществу. Он презирает тех, кто «дворянин в случае», кто готов ради чина забыть о совести. Такая позиция не могла не вызвать раздражения у людей, которые построили свою жизнь именно на умении «прислуживаться». Не менее важно и разное понимание образования, ума. В мире Фамусова ум — это нечто опасное, лишнее. «Ученье — вот чума, ученость — вот причина», — восклицает сам хозяин дома. Его гости единодушно считают, что книги только портят молодёжь, что умному человеку в их кругу не место. Молчалин, секретарь Фамусова и скрытый соперник Чацкого, живёт по заветам отца: «умеренность и аккуратность». Его «ум» — это умение молчать, быть удобным, угождать всем. Чацкий же — человек блестящего, пытливого ума. Он ироничен, наблюдателен, его речи полны сарказма и глубоких мыслей. Такой ум обжигает, он заставляет задуматься, а это в фамусовском обществе никому не нужно. Они хотят покоя, стабильности, где всё предсказуемо. Чацкий своим острым словом нарушает этот покой, вскрывает лицемерие и глупость. Его объявляют сумасшедшим не потому, что он действительно сошёл с ума, а потому, что это самый удобный способ избавиться от неудобного правдолюбца. Объявить его безумным — значит сделать его слова безопасными, не заслуживающими внимания. Отношение к любви и браку тоже разделяет героев непроходимой пропастью. Для Фамусова брак — выгодная сделка. Он подыскивает для дочери жениха с состоянием и чином, будь то Скалозуб — ограниченный солдафон, думающий только о мундирах да наградах, или, как выясняется, низкопоклонник Молчалин. Чувства, любовь, взаимная симпатия здесь ничего не значат. Чацкий же приехал в Москву, движимый искренней, глубокой любовью к Софье. Для него она — воспоминание о юности, о чистом чувстве. Он верит в любовь как в высокое, духовное начало. Его трагедия в том, что Софья, воспитанная в этом самом обществе, уже переняла его ценности. Она ценит в Молчалине не ум и не благородство, а его умение быть тихим, услужливым, «угождать всем людям без изъятья». Чацкий с его пылом, насмешками, требовательностью кажется ей непонятным и опасным. Таким образом, даже в любви он оказывается одиноким чужим, потому что говорит на другом языке — языке настоящих чувств, а не расчёта. Кульминацией этого неизбежного конфликта становится вечер в доме Фамусова. Чацкий, раздражённый, чувствующий себя чужим на этом празднике жизни, обрушивается с гневной критикой на всё, что его окружает. Он бичует «прошедшего житья подлейшие черты»: крепостное право, когда людей меняют на борзых собак; слепое преклонение перед всем иностранным; пустоту и лицемерие светской жизни. Его монолог «А судьи кто?» — это не просто гневная тирада, а настоящий приговор целой эпохе. Но что слышит он в ответ? Никакого спора по сути, никакого желания понять. Общество просто закрывается от него. Его не слушают, над ним смеются, а потом, по лёгкой подсказке Софьи, объявляют сумасшедшим. Это прекрасная метафора: тот, кто мыслит иначе, кто видит пороки, в их мире автоматически становится безумным. Конфликт достигает высшей точки. Чацкий один против всех. Он бросал вызов каждому в отдельности, а теперь столкнулся с монолитной стеной общего непонимания и неприятия. Почему же этот конфликт был неизбежен? Потому что Чацкий — предвестник нового времени. Он мыслит категориями чести, достоинства, свободы, служения идее. Он верит в личность, в силу разума. Фамусовское общество — это крепкий, консервативный мир старой России, где всё держится на чинах, связях, деньгах и традициях, часто пустых и лицемерных. Они говорят на разных языках: один — язык искренности и мысли, другой — язык условностей и выгоды. Чацкий не может молчать, потому что он видит несправедливость и глупость. Фамусовское общество не может его принять, потому что он угрожает их спокойному, налаженному существованию. Он — правда, которая глаза колет. Финал комедии глубоко трагичен. Чацкий, узнав правду о чувствах Софьи и став свидетелем всеобщего осуждения, в отчаянии бежит из этого дома и из Москвы. «Карету мне, карету!» — это крик разбитого сердца человека, который понял, что здесь, в этом мире, ему нет места. Но его бегство — это не поражение. Он сохранил свою честь, свои убеждения. Он не сломался и не стал таким, как они. Конфликт исчерпан, но не разрешён. Чацкий уезжает, а фамусовское общество, кажется, даже не заметило его ухода. Они продолжают свой вечер, свои сплетни, свою пустую жизнь. Но семя сомнения, которое он посеял своими речами, возможно, уже упало в чью-то душу. Его протест не пропадёт даром. Таким образом, конфликт между Чацким и фамусовским обществом — это не просто ссора умного человека с глупцами. Это столкновение двух эпох, двух систем ценностей, двух взглядов на человека и его место в мире. Он был неизбежен, потому что такие, как Чацкий, всегда появляются на стыке времён, чтобы бросить вызов застою. И такие, как фамусовы, всегда будут защищать свой привычный, удобный мирок. Эта история, рассказанная Грибоедовым, вечна. Она повторяется снова и снова, в любую эпоху, где есть смелые искатели правды и те, кто предпочитает удобную ложь.