Сочинение Почему Чацкий в конце комедии снова покидает Москву?

Карета уже подана. За окнами московского особняка Фамусова — ночь, а в душе Александра Андреевича Чацкого — пустота и холод. Он только что бросил в лицо этому лживому, трусливому миру свои последние, полные гнева и горечи слова. Он назвал Софью обманщицей, а всё её общество — шайкой палачей и мучителей. И теперь, когда занавес этой ужасной комедии вот-вот упадёт, у него остаётся только один путь. Путь прочь из Москвы. Но почему же он уезжает? Ведь он так стремился сюда, так хотел вернуться к своей любви, к своей юности, к своим мечтам?
Прежде всего, Чацкий покидает Москву, потому что здесь рухнула его любовь. Это самое сильное, самое личное и самое горькое разочарование. Он помнил Софью другой — умной, живой, чувствительной девочкой, с которой они вместе росли. Он уехал странствовать, искать ума, набираться знаний, а вернулся и увидел, что его место занято. Занято не каким-то героем, не блестящим офицером, а жалким, бездушным Молчалиным, который умеет только «угождать» и «не сметь своё суждение иметь». Для Чацкого это не просто удар по самолюбию. Это крушение идеала. Он видит, что Софья, которую он так идеализировал, на самом деле — плоть от плоти этого московского болота. Она боится чужого мнения («Ах! злые языки страшнее пистолета!»), она ценит в Молчалине его покорность, способность «достигнуть степеней известных». Чацкий слишком прямолинеен, слишком горд и честен, чтобы принять эту пошлую комедию. Он не может, как Молчалин, притворяться влюблённым ради места. Любовь для него — святое чувство. Когда он в третьем действии, стоя в дверях, слышит, как Софья говорит о Молчалине «Бог нас свёл», — для него всё кончено. Терять больше нечего. Ехать дальше некуда.
Но это только одна сторона медали. Чацкий бежит не только от несчастной любви. Он бежит от целого мира, который этот любовный крах ему приоткрыл. Оглянувшись вокруг, он с ужасом понимает: он чужой здесь. Всё, чем он живёт, — ум, жажда свободы, уважение к личности — здесь считают опасным безумством. Едва он появляется в доме Фамусова, он сразу же начинает раздражать всех своими речами. Он высмеивает чинопочитание, раболепие, пустоту светской жизни. Он вспоминает дядюшку Фамусова, Максима Петровича, который нарочно падал, чтобы насмешить императрицу, и называет это «прислужничеством». Фамусов хватается за уши. Ему, который искренне считает «прислуживаться» нормой жизни, такие речи кажутся государственной изменой.
Для московских гостей на балу Чацкий — чужеродный элемент. Он говорит правду, а они привыкли к лести. Он читает книги, а они считают, что «ученье — вот чума, учёность — вот причина». Он хочет служить «делу, а не лицам», а в его понимании «служить» — это значит получать крестики и ленточки. Конфликт достигает апогея, когда общество сплетен, устав от его обличений, объявляет его сумасшедшим. И кто же пускает эту сплетню? Та, кого он любит больше жизни — Софья. Она бросает невзначай: «Он не в своём уме». И эту искру моментально подхватывает целый хор лицемеров и пустословов. Для них это — лучшее объяснение. Проще объявить человека безумным, чем признать, что он говорит правду. Проще заклеймить его как опасного карбонария, чем задуматься над своими собственными пороками.
Чацкий оказывается один. Абсолютно один. Его понимают разве что швейцар да лакей Петрушка, да и то — вряд ли. Он стоит один против всех. И этот бунт, благородный и честный, заранее обречён. У него нет здесь ни друзей, ни единомышленников, ни оружия, кроме своего острого языка. Но язык против целого общества бессилен. Фамусовское общество — это целая система, это крепостное право, это страх перед свободой, это чинопочитание. Сломать эту стену в одиночку невозможно.
Поэтому отъезд Чацкого — это не просто бегство. Это единственно возможный для него поступок. Остаться в Москве после всего, что случилось, значило бы сломаться самому. Если бы он остался, ему пришлось бы либо принять правила этой игры, то есть стать таким же, как Молчалин или Фамусов, либо постоянно доказывать всем, что он не сумасшедший. Ни то, ни другое для честного, гордого человека невозможно. Чацкий — это характер, который не гнётся. Он предпочитает «уйти из Москвы», «искать по свету, где оскорблённому есть чувству уголок», чем оставаться и терпеть. Его карета — это его последний крик свободы. Он не находит «уголка» в родном городе, но он не сдаётся. В этом его сила.
Мне кажется, что Чацкий — это очень современный человек. Ведь и сейчас, в наше время, есть люди, которые не могут и не хотят врать, которые видят недостатки общества и говорят о них прямо. Им тоже часто бывает трудно. Им бывает одиноко. И они тоже иногда уходят, чтобы не прогибаться. Финал комедии очень грустный, но в нём есть и что-то светлое. Значит, ещё не всё потеряно, если есть люди, которые способны на такой поступок. Чацкий уезжает, но он не побеждён. Он уезжает с высоко поднятой головой, и его прощальный монолог звучит как приговор этому «фамусовскому» миру. Москва теряет его, но он не теряет себя. И это, наверное, самое главное.