Сочинение Понравившийся герой в пьесе «Вишневый сад»

Мне кажется, что у каждого человека, читающего пьесу Антона Павловича Чехова «Вишневый сад», обязательно найдется свой герой, к которому тянется душа. Кто-то пожалеет Раневскую, погруженную в воспоминания, кто-то посмеется над вечно опаздывающим Гаевым, а кто-то проникнется симпатией к вечному студенту Трофимову. Но меня из всех персонажей больше всего зацепил Ермолай Алексеевич Лопахин. И это может показаться странным: купец, сын крепостного, человек, который в итоге покупает тот самый вишневый сад и, кажется, рушит жизнь его прежних хозяев. Но если присмотреться, за его грубоватыми манерами и деловой хваткой скрывается удивительно живая, страдающая и даже поэтичная душа.
На первый взгляд, Лопахин — это человек дела, «новый хозяин жизни». Он не витает в облаках, как Раневская, а мыслит трезво и практично. Когда все плачут и вспоминают прошлое, он один предлагает реальный выход: вырубить сад и сдать землю в аренду под дачи. Он злится, торопит, почти кричит: «Если ничего не придумаем, то и сад, и всё имение продадут с торгов!». В этот момент я, как и Раневская, думаю: «Какой же он черствый! Как можно уничтожить такую красоту?». Но потом я понимаю, что Лопахин видит ситуацию со стороны, с точки зрения выживания. Он искренне хочет помочь тем, кому, по его мнению, нужна помощь. Он ведь не враг им, он вырос в этом доме, помнит, как его били, и помнит доброту Любови Андреевны. Его предложение — это не желание навредить, а, возможно, последняя попытка спасти то, что еще можно спасти. Он предлагает сделку, компромисс между прошлым и будущим. Но дворяне, погруженные в свои иллюзии, его просто не слышат.
И вот здесь начинается самое интересное. За маской расчетливого купца я вижу человека с очень тонкой душой. Вспомните его монолог о том, как его, «мальчика с разбитым носом», Раневская привела в эту комнату умыться. Он помнит каждое ее слово. Он благодарен ей до слез. Эта благодарность — не показная. Она сидит в нем глубоко, как заноза. Чехов показывает нам, что Лопахин не просто «хапуга», он человек, который помнит свое происхождение. Он говорит: «Мой отец был мужик, а я в белой жилетке». В этих словах слышна и гордость за то, что он сам себя сделал, и боль от того, что его все равно не принимают за своего ни среди дворян, ни среди крестьян. Он вечно находится между мирами. Он уже не мужик, но еще не барин. Это трагедия личности, которая выбилась из своего сословия, но не нашла места в новом.
Кульминация его образа — это сцена покупки сада. Он сам не верит в то, что произошло. Он купил имение, где его предки были рабами. И в этом восторге, в этом крике «Музыка, играй!» слышится не только торжество купца, но и горькая ирония истории. Он кричит: «Приходите все смотреть, как Ермолай Лопахин хватит топором по вишневому саду!». Он словно мстит прошлому, он пытается перечеркнуть духоту дворянской усадьбы. Но в то же время, когда уходят все, и он остается один, мы чувствуем его растерянность. Он не знает, что делать дальше. Он достиг цели, о которой мечтал, но от этого ему не становится легче. Он покупает сад, но не может им владеть по-настоящему, как им владели Раневская и Гаев. Для них сад — это поэзия, жизнь, память. Для него — это предмет сделки, победа, но победа, отдающая горечью. Ремарка Чехова в конце этой сцены: «Слышно, как далеко в саду топором стучат по дереву». И этот стук топора, который так радостно начался, теперь звучит как похоронный марш по красоте. И мне кажется, что Лопахин, слушая его, понимает, что он сделал что-то непоправимое. Он не виноват, он всего лишь орудие истории, но от этого не легче.
Лопахин — очень современный человек. В нем нет той лени и безволия, которыми страдают другие герои. Он работает, он творит свою жизнь. Но его трагедия в том, что в погоне за материальным, за «дачными участками», он теряет что-то более важное — духовную связь, поэзию. Он видит красоту, но не может к ней прикоснуться, потому что он — человек действия, а не созерцания. Раневская могла просто сидеть и любоваться цветущими вишнями, а Лопахин видит в них только товар. И от этого ему самому, наверное, очень грустно внутри. Он искренне любит Раневскую, её дом, но вынужден его разрушить, потому что время требует другого.
Поэтому я считаю Лопахина самым настоящим героем пьесы. Он не карикатура, не злодей. Он живой человек со своими противоречиями. В нем есть и сила, и слабость, и грубость, и нежность. С одной стороны, он прагматик, с другой — поэт в душе, который сам не дает себе права быть поэтом. Он — зеркало новой эпохи, которая пришла на смену эпохе «вишневых садов». И мне его по-настоящему жаль. Ведь он купил сад, но так и не стал его частью. Он остался вечным чужим, пришедшим разрушить красоту и уйти, оставив после себя только стук топора. В этом и есть его главная сила и его главная трагедия.