Живая душа Чичикова или мертвая? Сочинение по поэме «Мертвые души»

Вот сочинение, написанное от лица школьника, но с глубиной, доступной для хорошего понимания.

«Мертвые души» — это удивительная книга. Читаешь ее, и кажется, что Гоголь не просто рассказывает историю про аферу с покупкой умерших крестьян, а заглядывает нам в самую душу. И вопрос, который мучает всех читателей уже почти двести лет, звучит так: а кто же такой сам Павел Иванович Чичиков? Какая душа у него — живая, способная чувствовать и страдать, или мертвая, пустая, как у тех помещиков, которых он навещает?
На первый взгляд, конечно, душа у Чичикова кажется совершенно мертвой. Ведь его жизнь — это сплошная игра, маскарад. Он умеет подстраиваться под любого: с Маниловым он приторно-сладкий, с Коробочкой — грубовато-настойчивый, с Ноздревым — разбитной и нахальный, а с Плюшкиным притворяется бедняком, готовым взять на себя «бремя» умерших крестьян. Эта способность мгновенно меняться пугает. Где здесь его настоящее лицо? Кажется, что за этими масками ничего нет, кроме одной заветной цели — наживы. Чичиков — это человек-функция, машина по зарабатыванию денег. У него нет ни друзей, ни любви, ни искренних привязанностей. Даже его слуга Петрушка и кучер Селифан для него — лишь часть обстановки. Он одинок, потому что его душа закрыта для всего живого.
Вспомните его детство. Бедный мальчик, у которого умирает отец, и оставляет ему в наследство всего полтину меди да завет: «Береги и копи копейку». Это «завещание» стало для маленького Павлуши Евангелием. Он не знал ласки, не знал дружбы. Он знал только расчет. Когда он учился в училище, он не играл с товарищами, а продавал им снежки и булочки, копил деньги в холщовом мешочке. И вот эта «копейка» постепенно съела его душу. Она стала его богом, его единственной страстью.
Но значит ли это, что душа Чичикова мертва окончательно? Гоголь оставляет нам надежду. Он не случайно называет свою поэму «Мертвые души», а не роман. В поэме всегда есть место чуду, воскрешению. И в тексте мы находим моменты, когда Чичиков вдруг перестает быть просто мошенником. Например, когда он встречает на балу губернаторскую дочку. Гоголь пишет, что Чичиков «с минуту стоял неподвижно на одном месте». Красота девушки поразила его. На мгновение он забыл о своей афере, о выгоде. В нем проснулось что-то живое, что-то от настоящего человека, способного на восхищение. Это как лучик света в темном царстве его души. Но тут же автор обрывает это чувство: Чичиков думает, что красивая жена может быть лишь «выгодной» партией. И расчет снова побеждает.
Главный ключ к разгадке — это, пожалуй, знаменитая «Повесть о капитане Копейкине». Поначалу кажется, что она не имеет отношения к сюжету. Но если вдуматься, то Чичиков и есть такой же «капитан Копейкин». Он герой своего времени, «рыцарь копейки». Он тоже пытается выжить в мире, где живой душе места нет. Весь Петербург и вся губерния — это мертвая пустыня, где люди ценятся не за сердца, а за души, которые можно купить. Гоголь показывает, что мертвая душа — это не только удел Чичикова. Мертва душа помещицы Коробочки, которая боится продешевить. Мертва душа Ноздрева, который живет только ради куража. Мертва душа Собакевича, который во всех видит мерзавцев. И чудовищно мертва душа Плюшкина, который стал «прорехой на человечестве».
Так кто же Чичиков? Я думаю, он — не просто мертвая душа. Он — живая душа, которая сама себя заморозила, превратила в камень. Внутри у него тлеет искра — память о детстве, о матери, о той нежной барышне. Но он так боится бедности, так привык хватать и копить, что сознательно гасит эту искру. Он не злодей в полном смысле слова, как Собакевич или Ноздрев. Он — трагическая фигура. Его «живая» часть — это его гигантский ум, его воля, его энергия. Но все это направлено на пустое, на «некую копейку». Он мог бы быть великим деятелем, строителем, творцом. Но он стал просто приобретателем.
Гоголь задумывал три тома «Мертвых душ». Во втором томе Чичиков должен был начать перерождаться, но писатель сжег рукопись. Почему? Может быть, потому что сам понял: перерождение такой души почти невозможно в мире, где царит «позорная страсть к приобретению». Чичиков — это зеркало. Глядя на него, мы видим в себе страх перед жизнью, желание спрятаться за деньгами, масками. Он — никто и все сразу.
Поэтому окончательный ответ — да, его душа жива и одновременно мертва. Она живая, потому что в ней есть потенциал любви, горя, памяти. Она мертвая, потому что этот потенциал запрятан под толстым слоем лжи и расчета. Чичиков — это «живой труп», человек, который умер для настоящей жизни, но продолжает двигаться, как сомнамбула. И самое страшное, что таких, как он, вокруг очень много. Гоголь в финале поэмы сравнивает Русь с тройкой, которая несется вдаль. И главный вопрос, который он задает читателю: кто же сидит в этой тройке? Куда мы несемся вместе с таким возницей, как Чичиков? Может быть, для того, чтобы спасти свою душу, нам нужно сначала остановиться и понять, что мы — не мертвые, пока в нас есть способность чувствовать чужую боль?