Сочинение Есть ли Чичиковы в наши дни?

Когда я впервые прочитал «Мертвые души» Гоголя, главный герой Павел Иванович Чичиков показался мне человеком из далекого прошлого. Кареты, пыльные тракты, крепостные крестьяне, мундиры с высокими воротниками — всё это казалось музейной экспозицией. Зачем современному человеку скупать мертвые души, если у нас есть банки, кредиты и биржи? Но, как это часто бывает с настоящей литературой, стоит отложить книгу и оглянуться вокруг, как с удивлением замечаешь, что персонажи Гоголя никуда не делись. Они просто сменили сюртуки на деловые костюмы, а тарантасы — на черные автомобили с тонированными стеклами.
Кто же такой Чичиков на самом деле? Если отбросить исторические детали, это человек, который поставил перед собой единственную цель — личное обогащение любой ценой. Для него все вокруг — лишь средство. Люди, их чувства, их судьбы — просто статистика, ресурс, который можно использовать. Вспомните, как он с легкостью обманывал помещиков: для Коробочки он был «ласковым покупателем», для Ноздрева — «задушевным другом», для Плюшкина — «благодетелем». Он менял маски так же быстро, как мы меняем приложения в телефоне. Главное — результат. Главное — счет в банке (или, в его случае, шкатулка с бумагами).
В наши дни такие люди встречаются на каждом шагу. Правда, теперь они редко покупают мертвые души, но это не значит, что они исчезли. Современный Чичиков — это, например, бизнесмен, который скупает акции разорившегося завода, чтобы через месяц перепродать его по частям, оставляя тысячи людей без работы. Или чиновник, который с помощью «нужных связей» проводит тендер, где вместо школы «побеждает» компания его тестя. Или даже блогер, который ради лайков и рекламных контрактов готов врать, изображать чужую жизнь и продавать воздух.
Все эти люди объединены одним: для них главное — накопить «капитал». В XIX веке капитал измерялся количеством душ. В XXI веке — это деньги, недвижимость, подписчики, влияние. Но суть, увы, та же. Чичиков не был злым в привычном смысле этого слова. Он не убивал, не грабил на дорогах. Он был «приличным человеком» — обходительным, воспитанным, немного даже привлекательным. Именно это страшнее всего. Потому что зло в наше время редко ходит с рогами. Чаще всего оно приходит в гости с улыбкой, как Павел Иванович, пьет чай и рассказывает приятные новости, а потом уходит, оставляя за спиной руины.
Недавно я смотрел документальный фильм про одного финансиста, который провернул аферу с недвижимостью. Он покупал старые дома у обманутых старушек за копейки, обещая райскую жизнь в новых квартирах, но обманывал и их, и строителей, и банк. На экране он сидел в клетке, в сером пиджаке, и выглядел растерянным. «Зачем вам это?» — спросил его журналист. Он пожал плечами: «Я хотел быть богатым. Хотел, чтобы у меня было все». Знакомо, правда? Чичиков в финале первого тома тоже мчится в своей бричке, обгоняя тройку, и кажется, что нет ему преграды. Гоголь так и не дописал второй том, потому что, возможно, не нашел выхода для своего героя. Как не находят его и многие наши современники.
Но, наверное, главный вопрос не в том, существуют ли Чичиковы, а в том, существуем ли мы, готовые им противостоять. Ведь Чичиков силен только тогда, когда вокруг него есть «мертвые души» — люди, которых можно обмануть, которые не хотят думать, которые предпочитают верить красивым обещаниям. Когда Собакевич торговался за каждую мертвую душу, он был таким же циником, как и Чичиков. Когда Манилов мечтал о подземном ходе и каменном мосте, он позволял себя дурачить. Получается, что герой Гоголя — это не только преступник, но еще и зеркало, в котором отражается наше собственное равнодушие.
Мне кажется, что живучесть Чичикова объясняется очень просто: он не сделал ничего такого, что общество готово осуждать открыто. У нас принято осуждать разбойника или убийцу. Но человека, который «ловко провернул» сделку, «купил дешево, продал дорого»? Многие им восхищаются. Помните, как Гоголь описывал приезд Чичикова в губернский город? «Им овладело странное расположение духа… он чувствовал себя почти героем». Это чувство героизма от удачной финансовой аферы знакомо многим. Сегодня таких людей называют «ловкачами», «дельцами» или, более современно, «топ-менеджерами».
И все-таки я не хочу заканчивать сочинение на пессимистичной ноте. Гоголь не зря написал «Мертвые души», чтобы мы ужаснулись мертвенности душ живых. Но если мы этот ужас чувствуем, значит, мы не совсем мертвы. Чичиков становится только там, где его пускают. И если каждый из нас перестанет гнаться за «журавлем в небе», перестанет равнодушно смотреть на обман, перестанет восхищаться деловой хваткой там, где пахнет ложью, — возможно, Чичикову станет нечем дышать. Он исчезнет не потому, что законы станут строже (хотя это тоже важно), а потому, что перестанут, как пишут в соцсетях, «расходиться его услуги».
В конце концов, каждый из нас иногда в душе бывает маленьким Чичиковым, когда хочет получить оценку подороже, дружбу повыгоднее, лайк популярнее. Важно вовремя остановиться. Важно почувствовать, что есть вещи, которые не продаются и не покупаются. И вот если это понимание будет жить в душах людей, то Чичиковы, как бы умело они ни маскировались, всегда будут только персонажами книг, а не хозяевами нашей жизни.