Сочинение Что олицетворяет собой Кабаниха? (Гроза Островского)

Марфа Игнатьевна Кабанова, которую в городе Калинове все уважительно называют Кабанихой, является, пожалуй, самым страшным персонажем пьесы Островского. Не самым ярким, не самым трагичным, а именно страшным. Потому что она не просто злая свекровь, как может показаться сначала. Кабаниха олицетворяет собой целый мир — мир старого, домостроевского уклада, мир лицемерия и жестокости, который душит всё живое и настоящее. Она — живой памятник тем порядкам, которые уже прогнили изнутри, но всё ещё держат власть над людьми.
Прежде всего, Кабаниха олицетворяет собой умирающую, но ещё очень сильную власть традиции. Для неё не важно, что чувствуют люди, что у них на душе. Важно только внешнее соблюдение правил. Она требует от сына Тихона, чтобы он, уезжая, давал жене наставления, хотя сама понимает, что это унизительно и глупо. Ей нужно, чтобы Катерина выла на людях, провожая мужа, — не потому что ей больно, а потому что «так положено». Кабаниха — рабыня формы. Она искренне (в своей извращённой искренности) верит, что если люди перестанут кланяться в ноги, бояться старших и плакать по уставу, то мир рухнет. Порядок для неё важнее любви, важнее правды, важнее жизни. Именно этот мертвящий формализм, эту пустую оболочку вместо живого содержания и представляет она собой. Её вера — не в Бога, а в ритуал.
Вторая, и, наверное, главная черта, которую олицетворяет Кабаниха, — это лицемерие. Она на людях благочестивая старуха, странницам подает, молится истово, заботится о порядке в доме. Но дома она — настоящий деспот. Она не бьёт сына и невестку, нет. Она «точит их как ржа железо», день за днём, словом, нравоучением, придирками. Она делает вид, что хочет научить жизни, что действует из любви. «Ведь от любви родители и строги-то к вам бывают», — говорит она. Это самое страшное: она искренне считает свою жестокость проявлением заботы. Она подчиняет себе волю Тихона, превращая его в жалкое, безвольное существо, которое только и умеет, что пить тайком от матери. А Катерину она доводит до того, что та готова броситься в омут, лишь бы вырваться из этого ласкового, вкрадчивого, но смертельного удушья. Кабаниха олицетворяет ложь, которая выдается за добродетель. Это яд, завернутый в сладкую обертку благочестия.
Далее, Кабаниха — это символ абсолютной, безжалостной власти, построенной на страхе. Она не терпит никакой воли, никакого проявления личности. Чувствуя, что старые устои рушатся («...ничего не знают, никакого порядка... Что будет, как старики перемрут...»), она цепляется за власть с утроенной силой. Она не может позволить Катерине быть счастливой, потому что счастье — это нарушение правил. Она не может позволить сыну быть мужчиной, потому что мужчина — это самостоятельность. Ей нужны не люди, а бездушные исполнители её воли. Эта жажда власти не из корысти — она ничего не наживает, — а из-за животного страха перед жизнью. Кабаниха олицетворяет собой тупую, консервативную силу, которая не приемлет ничего нового, ничего живого, ничего свободного. Она — стена, преграждающая путь свету.
Наконец, через образ Кабанихи Островский показывает неизбежный крах всей этой системы. Она, как скала, стоит на своём, но вокруг всё уже размывается. Дикой — такой же самодур, но он глупый и вздорный, его уже никто не уважает. Тихон в финале, подняв тело Катерины, впервые кричит матери в лицо: «Маменька, это вы её погубили!». Варвара сбегает из дома. Даже странница Феклуша, которая льстит Кабанихе, кажется смешной и архаичной. Сама того не желая, Кабаниха олицетворяет собой провозвестника гибели «темного царства». Своей неумеренной жестокостью она убивает лучшее, что в нём было (Катерину), и выталкивает прочь тех, кто мог бы приспособиться (Варвара, Кудряш). Она остаётся одна, со своими правилами, со своей властью над жалким, спивающимся сыном. Её победа — это пиррова победа. Она «поставила на своём», но мир вокруг неё опустел.
В заключение хочется сказать, что Кабаниха — это не просто персонаж. Это образ самой бесчеловечности, которая прячется за маской традиции и благочестия. Она страшна именно своей обыденностью. Такие люди есть и сейчас — те, для кого «так принято» важнее, чем «так хорошо». Они душат любовь, убивают надежду, но, как показывает Островский, они обречены. Потому что даже в самом темном царстве рано или поздно пробивается луч света. И трагедия Катерины — это суд над Кабанихой и всем, что она олицетворяет. Она — символ старого мира, который держится на лжи и страхе, и который, несмотря на свою кажущуюся мощь, уже трещит по швам, проигрывая простому человеческому сердцу, жаждущему свободы и любви.