Написать сочинение по литературе 10 класс на тему «Раскольников в наше время»

Родион Раскольников — один из тех героев русской литературы, которые не уходят в прошлое, а остаются жить рядом с нами. Когда читаешь роман Достоевского, кажется, что всё это было давно и в другой реальности: Петербург девятнадцатого века, духота каморок, жёлтые обои, старуха-процентщица с её закладами. Но если присмотреться, то вдруг понимаешь: а ведь наш герой, со всей своей мятущейся душой, мог бы и сегодня учиться где-нибудь на первом курсе университета. Только вместо «топора» у него, возможно, были бы совсем другие, не менее страшные современные инструменты.
Попробуем представить Раскольникова в наши дни. Внешне он почти не изменился. Всё такой же бледный, нервный молодой человек, который снимает, скорее всего, дешёвую комнату в спальном районе или даже угол в хостеле. У него нет денег, он голодает, но не от безысходности, а от какой-то странной гордости: он мог бы подрабатывать курьером или грузчиком, но его душа занята чем-то другим, гораздо более важным. Он сидит в своей каморке, уткнувшись не в книгу, а в экран ноутбука или в телефон, и листает ленты новостей и блогов. Там, в этом цифровом мире, всё кипит: кто-то зарабатывает миллионы на криптовалюте, кто-то становится звездой за один день, кто-то вершит «справедливость» с помощью постов в соцсетях. И Раскольников точно так же, как когда-то в своей теории, задаётся вопросом: «Тварь ли я дрожащая или право имею?»
Его теория, которая привела к убийству, в наше время звучит не менее актуально. Она приобрела лишь новую оболочку. Раньше Раскольников делил людей на «обыкновенных» и «необыкновенных», на тех, кто живёт в послушании, и тех, кто может «перешагнуть через кровь». Сегодня эту же идею мы видим везде. В культе успеха любой ценой. В философии «человек сам себе бог». В бесконечных спорах в интернете о том, кто достоин жить, а кто нет. Современный Раскольников мог бы написать не статью, а вирусный пост в Telegram-канале: «Почему я имею право нарушать закон, если я умнее и талантливее других?» И нашлись бы тысячи людей, которые поставили бы лайк и сказали: «Круто, прорыв!»
И вот представьте, что наш новый Раскольников решает воплотить свою идею в жизнь. Но он не берёт топор, потому что это старомодно, грязно и страшно. Наш герой — дитя цифрового века. Он может написать вирусную программу и украсть деньги со счетов богатых, оправдывая это тем, что он «благодетель человечества», как когда-то Наполеон. Или он может создать фейковые новости, которые уничтожат репутацию человека, стоящего у него на пути, и даже не почувствовать крови на руках. Или, что ещё страшнее, он может, сидя за экраном, начать свою «теорию» в реальности: взять кредиты в микрофинансовых организациях (вот они, современные процентщицы!), довести кого-то до отчаяния виртуальной травлей и считать, что так и надо, потому что «среда заела» и он сам «право имеет».
Но Достоевский — великий психолог. Он показывает, что нет никакой разницы, чем убивать: топором, словом или бездействием. Расплата за гордыню всегда одна — полное внутреннее одиночество. Каким стал бы наш современный Раскольников после своего поступка? Он бы не пошёл в полицию с повинной, как в романе. Нет, он бы просто остался один на один со своим экраном. Внешне его бы никто не обвинил. Никто не стучал бы в дверь. Но внутри него начался бы настоящий ад. Бессонные ночи, когда ты листаешь ленту, а тебе кажется, что каждый смайлик в комментариях — это улыбка дьявола. Паранойя, когда ты боишься, что твой же телефон начнёт записывать твои мысли.
У Раскольникова был друг Разумихин. У современного героя «друзей» может быть пятьсот человек в социальной сети, но ни одного настоящего. Общение стало симулякром, а настоящая связь — редкостью. Соня Мармеладова тоже могла бы трансформироваться. Она бы жила где-нибудь рядом, могла бы вести блог о помощи бездомным или просто тихо работать волонтёром. И встреча с ней стала бы для Раскольникова таким же шоком. Потому что Соня в любом веке остаётся носителем той самой истины, которую Раскольников отрицает. Она не рассуждает о «праве сильного», она просто делает добро здесь и сейчас. Для неё важна не теория, а живая душа человека.
Так что же, изменился ли Раскольников за полтора века? Изменился в деталях, но не в сути. Он по-прежнему молод, умён, горд, одинок и до боли чувствителен к несправедливости мира. Просто современный мир дал ему ещё больше соблазнов и инструментов, чтобы самоутвердиться за счёт других. Теперь он может разрушать, не вставая с дивана. Но последствия, как и сто пятьдесят лет назад, страшны. Он так же мучительно ищет точку опоры, так же лихорадочно хочет доказать, что он «не тварь дрожащая». И точно так же может сломаться, не выдержав груза собственной ужасной свободы.
Наверное, главный урок «Преступления и наказания» для нашего времени в том, что любая теория, ставящая человека выше других, ведёт в тупик. Что никакой прогресс, никакие новые технологии не заменят простого человеческого участия. Что не нужно делить мир на «обыкновенных» и «избранных», потому что этот путь ведёт только к мраку. И что спасти современного Раскольникова может только чудо — встреча с другим человеком, который примет его таким, какой он есть, и укажет путь к свету. Возможно, это чудо должно произойти и с каждым из нас.