Сочинение Почему автор оставил Васьково в живых

Однажды, читая эту пронзительную повесть, я, как и многие мои одноклассники, задумался: почему автор, этот безжалостный художник слова, который не побоялся убить одну за другой хрупких девчонок-зенитчиц, оставил в живых старшину Федота Евграфовича Васкова? Поначалу это кажется жестокой несправедливостью. Ведь у каждой из них — Лизы Бричкиной, Сони Гурвич, Гали Четвертак, Жени Комельковой и Риты Осяниной — были такие светлые мечты, такие чистые души. Они погибли страшно, каждая по-своему. Почему же он, мужчина, командир, который должен был их уберечь, остается жить? Не правильнее ли было бы покончить с ним, смыв кровью вину за их гибель? Но чем больше я вчитываюсь в строки повести Бориса Васильева «А зори здесь тихие...», тем яснее понимаю, что смерть Васкова была бы слишком простым, слишком легким выходом. Автор оставил его в живых, потому что его жизнь — это самое страшное наказание и одновременно самый великий долг.
Давайте вспомним характер Васкова. Он не супергерой, не красавец-командир с плаката. Он — простой, немного неуклюжий, потерявший в финскую войну жену, а потом и сына. Его мир — это устав, дисциплина и порядок. И вдруг судьба сталкивает его с этими девчонками, которые стучат каблучками, поют песни и смеются там, где, по его мнению, нужно молчать и воевать. Этот конфликт между суровой военной реальностью и живой, трепетной жизнью — главная пружина сюжета. И когда начался бой, когда одна за другой девушки стали уходить в небытие, Васков не просто терял бойцов. Он терял частицу самого себя, частицу того света, который они несли. Их гибель для него — это личная катастрофа, крушение его мира, который он обязан был защитить.
Почему же он выжил? Потому что он остался один на один с этой катастрофой. Смерть Риты Осяниной, которая попросила его позаботиться о ее сыне, стала последней точкой. Рита не просила его умирать вместе с ней. Она попросила его жить. Жить и помнить. Именно это слово — «помнить» — становится ключом к разгадке. Если бы Васков погиб в том лесу, кто бы рассказал миру о том, что произошло? Кто бы пришел на могилу к девушкам? Кто бы поставил памятник, пусть даже самодельный, на глухом разъезде? Никто. История этих пяти девчонок, которые ценой своих жизней не дали фашистам пройти к Кировской железной дороге, канула бы в Лету. Они остались бы просто безвестными номерами в сводках, пропавшими без вести.
Автор оставил Васкова в живых, чтобы он стал живым памятником. Он выжил, чтобы принять на себя непомерную ношу — вину за то, что не смог защитить, и благодарность за то, что они подарили жизнь другим. В финале повести мы видим уже не растерянного старшину, а человека с каменным сердцем, который несет свою боль, как наказание. Он физически ощущает, как в нем «все кричит и болит». Это и есть его крест. Смерть избавила бы его от этой муки, но автор, как настоящий творец, отказывает ему в этом облегчении.
Более того, Васков нужен для того, чтобы доказать — человечность все-таки победила. В финальной сцене, когда он, раненый, с окровавленной рукой, ведет пленных немцев, а местные жители смотрят на него, это символ. Символ того, что русский солдат, даже с разбитым сердцем, способен выполнить свой долг. Он не озверел, не сломался. Он остался человеком, способным на сострадание и великую, вечную скорбь. Его ненависть к врагам — это не ярость зверя, а святая боль памяти.
И, наконец, самый главный аргумент. Васков остался жив, чтобы в конце повести произнести самые важные слова. Стоя на могиле Риты, которую он нашел через много лет после войны, он говорит о том, что она была героиней. Что он, старый и больной, все еще держит ответ за то, что случилось. Он не оправдывается, не пытается забыть. Он живет их жизнью, их подвигом. Эта сцена — кульминация всей повести. Без Васкова, без его живой, страдающей души, повесть превратилась бы просто в трагический репортаж. А так, она стала гимном памяти. Васков — это наша совесть, которая не позволяет нам забыть, какой ценой была завоевана победа. Он — тот самый «тихий» герой, который, может, и не совершил внешне красивого подвига, но совершил подвиг духовный — подвиг жизни, полной боли и вечной памяти. Поэтому он и остался жить.