Сочинение «Мертвая» и «живая» душа в поэме Н. В. Гоголя

В поэме Николая Васильевича Гоголя «Мёртвые души» есть одна удивительная загадка. Само название произведения звучит как оксюморон, как соединение несоединимого: душа по определению бессмертна, она не может быть мёртвой. И всё же Гоголь пишет о «мёртвых душах», заставляя нас задуматься о том, что же он имел в виду. На самом деле великий писатель говорит здесь о живом и мёртвом состоянии человеческого духа. В поэме мы видим целую галерею персонажей, которых можно назвать обладателями «мёртвой души», и лишь редкие проблески «живой души» пронизывают это мрачное повествование.
Что же такое «мёртвая душа» в понимании Гоголя? Это человек, утративший способность чувствовать, любить, сострадать, стремиться к чему-то высокому. Это персонаж, погрязший в мелочных заботах, в стяжательстве, в пустом существовании. Взглянем на помещиков, которых посещает Павел Иванович Чичиков. Манилов — это человек-мечта, но мечты его пусты и бесплодны. Он не строит дома, не занимается хозяйством, его усадьба приходит в запустение. Его «душа» витает в облаках, но витает бездумно, без намерения что-то изменить. Это «мёртвая душа» потому, что в ней нет жизни, нет действия, нет реальной связи с миром. Следом идёт Коробочка — воплощение мелочной хозяйственности. Её душа настолько сжата, что в ней нет места ничему, кроме боязни продешевить. Она видит мир только сквозь призму своей «копилки». Её заботы — это «суета сует», они не возвышают, а приземляют, делая из человека животное, озабоченное только набиванием брюха или кошелька. Это тоже «мёртвая душа», умершая для всего прекрасного и разумного.
Ноздрёв — это буйная, «разгульная» душа, но в этом буйстве нет настоящей жизни. Он шумный, лживый, драчливый, но его энергия направлена только на разрушение и пустую растрату. Его душа «мертва», потому что он не способен к искренности, к глубине. Вся его жизнь — это сплошная «игра», где он то покупает бесполезные вещи, то проигрывает их в карты. А Собакевич? Это настоящий «медведь», человек с железной хваткой. В нём нет пустоты Манилова, но есть ужасающая приземлённость. Он думает только о своём брюхе, своей выгоде, своей крепости. Его душа — это грубая материя, лишённая тонких струн. Собакевич ценит только то, что можно съесть или купить. И, наконец, Плюшкин — это страшный финал омертвения души. Когда-то он был хорошим хозяином и заботливым отцом, но жадность, подозрительность, скопидомство съели его живую душу. Он превратился в «прореху на человечестве», в существо, которое не может отличить нужное от ненужного, которое гниёт заживо в своём богатстве. Все эти помещики — обладатели «мёртвых душ». Их объединяет одно: полное отсутствие духовного движения. Они остановились в своём развитии, застыли. Их чувства атрофировались, их ум занят только низменным.
Но Гоголь был бы не Гоголем, если бы в этой «мёртвой» действительности мы не увидели проблесков жизни. Где же в поэме «живая душа»? Прежде всего, она, как ни странно, звучит в голосе самого автора. Гоголь постоянно вмешивается в повествование, его лирические отступления полны страстной любви к России, боли за неё, веры в её будущее. В этих отступлениях — живая, трепетная душа самого писателя, которая бьётся и страдает. Он вспоминает о юности, о том, как свежи были его восприятия, он размышляет о судьбе писателя, о Руси, которая мчится, как птица-тройка. Эти страницы поэмы — самые сильные и «живые». Они дают нам надежду, что всё не кончено.
Далее, «живые души» — это те крестьяне, которых покупает Чичиков. Их телесная оболочка умерла, но в памяти о них живёт их дух. Вспомните, как складываются судьбы беглых крестьян Плюшкина. В разговорах с Собакевичем или Коробочкой Чичиков слышит о людях, которые были мастерами своего дела: каретник Михеев, сапожник Максим Телятников, кирпичник Милушкин. За этими фамилиями стоят живые характеры, таланты, души, которые не смогли сломаться в условиях крепостного права. Они умирали, но оставляли после себя дело, славу. И именно их, мёртвых по факту, Гоголь называет «мёртвыми душами» в аферном смысле, а в духовном — они оказываются живее многих помещиков.
Наконец, самый главный носитель «живой души» в поэме — это Русь, народ. Гоголь верит в неё. В знаменитом отступлении о птице-тройке он говорит: «Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несешься?» Эта тройка — символ вечного движения, неукротимой жизни, которая несётся вперёд, несмотря на всю мерзость и пустоту окружающей жизни. Этот образ «живой души» — образ надежды. Гоголь показывает, что даже в самом затхлом, «мёртвом» мире есть сила, способная его преобразить. Эта сила — народная мощь, его широта, его удаль, его бескрайняя душа.
Таким образом, в поэме Гоголя «живая душа» и «мёртвая душа» — это не метафизические категории, а очень жизненные характеристики. «Мёртвая душа» — это душа, которая закоснела в пороке, жадности, бездуховности. Это Чичиков, который видит цель только в деньгах, и помещики, которые перестали быть людьми. «Живая душа» — это душа, способная на боль, на сострадание, на мечту, на любовь к родине. Она живёт в авторе, в народе, в его неистребимой силе. И пусть в поэме «живых душ» мало, их свет озаряет всё произведение. Гоголь ставит диагноз обществу, но он же даёт и рецепт исцеления. Он словно говорит: посмотрите, до чего вы дошли, но не отчаивайтесь! Потому что живая, настоящая, вечная душа русского человека бессмертна. Она не умрёт никогда. И, перечитывая эту удивительную поэму, мы понимаем, что каждый из нас должен сделать выбор: дать своей душе омертветь, как это сделали Манилов и Плюшкин, или наполнить её настоящей жизнью, движением, добром. Этот выбор и есть главный урок, который преподаёт нам великий Гоголь.