Сочинение Булгаков «Собачье сердце»: современный Шариков — кто он?

Конечно, вот сочинение на заданную тему.
«Собачье сердце» — это не просто фантастическая повесть о том, как профессор Преображенский превратил дворнягу в человека. Это гениальное предупреждение, написанное почти сто лет назад, но звучащее сегодня так же остро, как выстрел. Когда я впервые прочитал эту книгу, я смеялся над нелепыми выходками Полиграфа Полиграфовича. Но потом мне стало не по себе. Я понял, что Шариков не остался в двадцатых годах прошлого века. Он изменился, надел новый костюм, научился пользоваться смартфоном, но суть его осталась прежней. Кто же он, современный Шариков?
Попробуем разобраться. Очевидно, что имя ему — легион. Шариков — это не обязательно уголовник с гитарой, который требует «все поделить». Это более сложное и многоликое явление. Вспомним, как он появился на свет. Профессор Преображенский совершил гениальную операцию, пересадив Шарику гипофиз человека. Но он ошибся в материале. Донором стал Клим Чугункин — человек с уголовным прошлым, пьяница, балалаечник с самой примитивной душой. Так и современный Шариков — это человек, который получил доступ к огромному потоку информации, к технологиям, которые делают его сильнее и заметнее, но внутренне остался на уровне «собаки». У него есть гаджет последней модели, он может за минуту нагуглить любую глупость и выдать её за истину, но его кругозор ограничен кухонными спорами и завистью к чужому успеху. Он научился быстро печатать, но то, что он печатает — это всё те же «взять и поделить», только теперь в комментариях под новостями.
Главная черта шариковщины во все времена — это агрессивное невежество. Шариков ненавидит профессора не за то, что тот плохой человек, а за то, что он интеллигентен, умен, хорошо одет, слушает оперу и ест накрахмаленные салфетки. Шариков не понимает, зачем нужна культура и знания. Ему кажется, что умный человек — это просто хитрый человек, который наворовал себе колбасы. «Я вам не товарищ!» — кричит он. «Я вам не товарищ!» — кричат сегодня те, кто с порога отрицает мнение экспертов, врачей, учёных. «Я сам всё знаю! Я в интернете прочитал!» — вот девиз современного Шарикова. Он не хочет учиться, он хочет судить. Ему не нужны доказательства, ему нужны эмоции. Он с лёгкостью записывает в «враги народа» любого, кто умнее и успешнее его. В «Собачьем сердце» это выливалось в доносы; сегодня — в травлю в соцсетях, в оскорбления под видом «мнения», в попытки отменить культуру, которая ему недоступна.
Кто еще является современным Шариковым? Посмотрите на тех, кто считает, что справедливость — это когда всем поровну, даже если ты ничего для этого не сделал. Шариков требовал «взять всё и поделить», отказываясь понимать, что делиться нужно тем, что заработано. Современный «шариков» может пойти на митинг с требованием халявных денег, может работать на «удаленке», делая вид, что работает, и при этом кричать о своих правах, забывая об обязанностях. Ему кажется, что мир устроен несправедливо, если у профессора — семь комнат, а у него — одна. Он не хочет идти учиться и строить свою жизнь — он хочет, чтобы государство отобрало у профессора комнаты и отдало ему.
Но есть и третий, самый страшный тип современного Шарикова. Это тот, кто лишён эмпатии. Вспомните сцену с котами. Шариков мучил животных, потому что ему это нравилось, и он не понимал чужой боли. Сегодня мы видим тысячи «шариковых» в комментариях: они радуются чужим неудачам, травят за внешность, за инвалидность, за национальность. Они снимают на видео избиения и выкладывают в сеть. Для них другой человек — не личность, а функция или раздражитель. Профессор говорил: «Разруха не в клозетах, а в головах». Так вот, шариковщина — это и есть та самая разруха в головах. Когда человек не понимает, что свобода одного заканчивается там, где начинается нос другого.
Что же делать? Булгаков не даёт нам рецепта, но он показывает, что Шарикова нельзя одолеть силой. Когда Филипп Филиппович попытался поставить Шарикова на место, тот начал доносить. Победить его можно только воспитанием и культурой. Преображенский сам признал свою ошибку: человеческое сердце должно быть с рождения, его нельзя пересадить вместе с гипофизом. Вывод страшный и честный: Шариков неистребим, пока в каждом из нас живёт желание не уважать чужой труд, завидовать и быть сытым без усилий. Поэтому я не буду искать Шарикова на улице. Я попробую найти его в себе. Потому что каждый раз, когда я ленюсь сделать уроки и прошу списать у друга, когда я критикую человека, одевающегося не так, как я, или когда я смеюсь над тупым, но обидным мемом — во мне просыпается маленький Полиграф Полиграфович. «Собачье сердце» учит нас не боятся чужой непохожести, но бояться в себе зверя. И может быть, это единственный способ не дать шариковщине захватить мир окончательно.